Книга Всем назло, страница 41 – Марина Серова

Гусаров по поводу этого случая высказал мнение, что угон был совершен какими-то малолетками, которым захотелось покатать девочек. Я выяснила, что никакой экспертизы проведено не было, милиционеры ограничились пожеланиями владельцу машины более бережно к ней относиться. Я поблагодарила Гусарова за предоставленную информацию и направилась по адресу владельца автомобиля.

Несмотря на то что рабочий день был в разгаре, владелец «ВАЗа», некий господин Параев, был дома. Первые несколько секунд я рассматривала здоровенное обрюзгшее тело, облаченное в просторные штаны и рубаху. Рук не было видно. Верхняя их часть была скрыта в широкой рубашке, нижняя часть засунута в карманы. Широко расставив ноги и выпятив губы, незадачливый автолюбитель вопросительно уставился на меня.

— Параев Александр Владимирович?

— Допустим, — ответил толстяк, нервно поправив очки на переносице и тут же спрятав руку на прежнее место.

Я представилась частным детективом, после чего нижняя губа владельца «девятки» в знак удивления выпятилась еще больше.

— Чем же я могу служить? — спросил он.

«Служака из тебя, конечно, получится весьма шустрый», — подумала я.

— Дело в том, что по делу об угоне вашей машины вскрылись некоторые дополнительные обстоятельства. Я бы просила вас помочь мне. Это совсем несложно. Мне понадобится два часа для осмотра вашей машины. Мы совместно с милицией проводим профилактику угонов.

Эти слова для Параева стали решающими. Он с неожиданной для такой туши прыткостью засобирался. Видимо, угон машины не на шутку взволновал его.

Мы прошли к стоянке, где теперь Параев хранил свой автомобиль. Всю дорогу он консультировался у меня на предмет того, какие противоугонные системы более надежны, и даже проявил интерес к статистике угонов. Я как могла удовлетворила его любопытство.

Параев утверждал, что после того, как машина была ему возвращена, он никуда на ней не ездил. «Вот и хорошо, ты просто умница», — подумала я.

По дороге я позвонила из автомата эксперту-криминалисту из УВД Вахтангу Сипашвили, возможное привлечение которого к этому делу я согласовала с ним накануне. Он не тянул с приездом и был на месте уже через десять минут. Быстро взглянув на предмет своих исследований, он констатировал:

— Работы, выдымо, на час. Максымум два, — и принялся за дело.

Поблагодарив владельца машины за содействие, я поехала в банк. Секретарша Капитонова сообщила, что шеф с утра не появлялся и скорее всего будет только к вечеру. Если вообще будет. Тогда я направилась к дому президента на набережной. Как я и ожидала, дверь мне открыл Ищенко.

— Что вы хотели? — настороженно спросил он.

— Я хотела бы поговорить с Капитоновым.

— Он не в состоянии.

— И тем не менее, — я решительно вошла в квартиру. Ищенко исподлобья посмотрел на меня, выждал паузу и сделал приглашающий жест.

— А что вы хотели спросить? Может быть, лучше отвечу я.

— Нет, мне нужен именно он. Хотя и к вам у меня тоже есть вопросы.

В комнате президента банка была открыта балконная дверь. Снаружи царствовала весна, природа пробуждалась. Чего нельзя было сказать о Капитонове. В его душе, видимо, стояла мерзкая поздняя осень. Он развалился на диване в дорогой рубашке, которую, видимо, не снимал уже несколько дней. На небольшом столике рядом с диваном стояло несколько бутылок дорогих спиртных напитков, все они были открыты. Самое крепкое пойло, шотландское виски, было выпито почти до дна.