Книга Исполнитель опасных желаний, страница 27 – Марина Серова

— Татьяна, вам стало что-то известно? Вы уже что-то нашли? Пожалуйста, расскажите мне!

— Ольга, я нашла свидетелей, которые видели Лизу в день исчезновения. И у нее в руке была мягкая игрушка. На этом пока все…

— Господи… какая еще мягкая игрушка? Может, она ее где-то нашла и подобрала. Татьяна, прошу вас, продолжайте поиски! Ведь Лиза… вы ведь сами поняли, какая она. Возможно, она заблудилась или кто-нибудь ее куда-то увел. А ведь она не может толком говорить, с людьми практически не общается. А вдруг она хочет есть или умирает от жажды…

— Ольга, я продолжаю поиски и постараюсь сделать все возможное, чтобы отыскать Лизу, – заверила я свою клиентку и отключилась.

Убрав телефон в сумочку, я вышла с территории школы и направилась вдоль небольшой дороги в сторону, где, по словам Елены Юрьевны, пропала из виду Лиза.

Я пока не делала никаких выводов и старалась особо не размышлять. Слишком мало было информации, чтобы что-то сопоставить и предположить. Поэтому сейчас надо просто искать. Искать, словно ищейка, которая напала на небольшой след и готова идти по нему, пока не найдет то, что ищет.

Дойдя до поворота, где заканчивалась школьная ограда, я внимательно осмотрелась. Слева квартал старых домов, преимущественно трех– и пятиэтажки. Справа снова те самые старые гаражи и за ними пустырь. А передо мной, прямо через дорогу и чуть левее, находились мусорные баки, рядом с которыми возились два субъекта непонятного возраста и пола. Они копошились в больших контейнерах, явно что-то там выискивая.

Меня тут же посетила одна мысль, но для начала я решила подойти к бомжам.

Подойдя ближе, я поняла, что один из этих колоритных субъектов оказался женского пола, одетый в замызганную бесформенную юбку, в такую же кофту с дырками на рукаве и в большие, явно не по размеру, старые кроссовки.

Заметив меня, стремительно идущую в их сторону, пьянчуга оторвалась от контейнера и подозрительно зыркнула на меня.

— Подойди сюда, дело есть! – сказала я, остановившись в двух метрах от нее.

— Чего тебе, подруга? Какое еще дело? – спросила та, продолжая с подозрением смотреть на меня.

— Помощь нужна. Могу заплатить.

Ее напарник, такой же замызганный, оторвался от своего занятия и тоже с любопытством уставился на меня.

— Так чем я тебе… ик… помогу? Ну, спрашивай… – ответила бомжиха и подошла ближе ко мне.

— Вот эту девочку видела? – тут же спросила я и показала снимок с телефона.

Тетка присмотрелась, а я, в свою очередь, старалась не обращать внимания на амбре, которое уловил мой чуткий нюх.

Через пару секунд она причмокнула губами, икнула, отрыгнула, а потом, махнув своему напарнику, произнесла:

— Эй, Толяныч, поди-ка сюда, поглазей на экран.

Толяныч подошел ближе, глянул на экран, прищурился, а потом прошамкал:

— Да я ж не вижу! Ни черта не разгляжу. Что я там должен увидеть?

— Козлина слепая! Пень трухлявый!.. Никогда от тебя никакого толку! Пользы как от ведра дырявого! Я че хочу сказать… Уж не та ли это чумазая, что мы видели на днях?

— Какая чумазая? – удивленными осоловелыми глазами глянул Толяныч на свою спутницу.

— Ну… чумазая! Я еще показала на нее, мол, смотри, какая идет!.. – Бомжиха хихикнула и произнесла это таким тоном, словно сама была эталоном чистоты и опрятности.