Книга Испанский сапожок на шпильке, страница 43 – Марина Серова

И не успела я об этом подумать, как в тупик ворвались мои преследователи. Машина резко остановилась. Очевидно, сидящие в ней люди (или кто-то один) размышляли, куда я могла деться и не спряталась ли где-нибудь поблизости. Но я тоже из племени терпеливых.

Прошло пять минут. И наконец из машины вышел человек. Я его уже видела. Это он убил Цветкова и стрелял в меня. Я не заметила, как нажала на курок. Рыжий парень в зеленых джинсах и черной майке упал, обливаясь кровью, — я попала ему прямо в глаз.

И в это самое мгновение «Волга» рванула с места. Круто развернулась и исчезла, словно ее и не было. А ведь парень-то вышел со стороны водительского сиденья. Значит, в машине находился еще кто-то, кто пересел за руль и умчался, оставив своего напарника подыхать на асфальте. «Гость города», — подумала я, выходя из своего укрытия и пряча пистолет в сумочку. Постояв немного над телом приезжего, я вздохнула (терпеть не могу убивать!) и села в свою машину. Похоже, одним врагом у меня стало меньше.

Самое время возвращаться домой. Я почему-то была уверена, что тот, кто хотел моей смерти, рассуждал приблизительно так: она испугается и не посмеет вернуться домой; будет искать, где бы переночевать, и все такое прочее…

Но они сильно просчитались. Я не только вернулась домой, но и успела заехать в несколько магазинов, чтобы пополнить запас продовольствия хотя бы на пару дней. С этой дурацкой работой можно получить дистрофию. А это мне не шло. Наверно, исходя из этих соображений, я накупила себе целую коробку пирожных, шматок ветчины, которым можно было свалить с ног кого угодно, большой пакет фруктов и несколько банок разных консервов. Я даже не забыла про хлеб. Что случается со мной крайне редко. Я так думаю, во мне просто заговорила жажда жизни. А что было бы, если бы меня сегодня все-таки прихлопнули? Патологоанатом Валентин распахал бы меня от горла «до самых до окраин», а внутри оказалась бы пустота. «Что же это она бегала на пустой желудок, — подумал бы он, перекладывая мои внутренности на стол, — денег у нее, что ли, нет?» И как бы я ему ответила? Без внутренностей-то? А ведь он был бы прав. Какое мнение должно сложиться у постороннего наблюдателя о частном детективе, у которого нет денег на еду? А такое, что это плохой частный детектив, потому ему никто и не платит…

Развлекаясь таким образом, я нарезала толстыми кусками ветчину, налила себе ананасового соку, выложила на блюдо шесть бисквитных пирожных с розовыми кремовыми цветочками и съела все это за каких-нибудь пять минут. Потом уснула. Вот пусть только попробуют прийти… Кто-то мне сказал, что после еды кровь отливает от мозга к желудку. Как он был прав… Мои мозги совершенно обескровились. Отключились. Я приходила в себя.

Проснувшись, я поняла, что звонит телефон.

— С вами все в порядке? — услышала я взволнованный голос Веры.

— Вера? Где вы сейчас находитесь? Вы не ушиблись? Бога ради, простите меня за то, что случилось. Со мной вообще опасно связываться. Но мы можем сейчас с вами встретиться?

— Конечно. Я возле своего дома. Записывайте адрес.

Я увидела ее у подъезда. Она, забыв все свои принципы, открыто курила на глазах у прохожих. Уверенная на этот раз в том, что за мной никто не следит, я вошла в подъезд и поднялась следом за Верой на ее этаж.