Книга Закон бумеранга, страница 78 – Марина Серова

— Да они ничем не лучше моих жен! – Косой сердито отодвинул фотографии. – Эта бесстыжая мымра, – он показал на Смирнову, – парней меняла как перчатки: я несколько раз видел, как она приходила в наш магазин с разными мужчинами. Вот, думаю, молодая совсем, а такая уже бессовестная шлюшка. Парней мне стало жаль, хотел их избавить от этой дряни.

«А‐ля Раскольников», – подумала я.

— А эта, – он показал на Тарасову, – нахамила мне несколько раз: то я задел ее, у нее покупки на пол свалились, то не так посмотрел на нее, один раз она начальнице даже сказала, что я страшный для охранника! А Галка… Она месяц назад обещала нам с моим коллегой, Стасом, зарплату поднять… И не сделала этого, мол, «как-нибудь в другой раз», – передразнил начальницу Косой. – Я еще возмущался – почему?! У нее же продуктовый магазин, народ толпами в него приходит. Она зарабатывает кучу денег каждый день, две или три дневные выручки наверняка есть. Чего она пожадничала?

— А гражданка Светлова чем не угодила? Вы сегодня ее толкнули, – спросил Кирьянов.

— Я думал, это она, – Косой кивнул в мою сторону. – Я слышал, что полиции помогает какая-то ищейка-блондинка, что она способна любого преступника найти, и когда она пришла вчера в наш магазин, я понял, что она разнюхивать начнет меня, вот и решил убрать побыстрее. Ошибочка с той девушкой вышла, это я признаю.

Я слегка усмехнулась: «ищейка», «разнюхивать».

— Да и поторопились вы, – заметил Кирьянов. – Раньше на своих жертв вечером нападали, а тут пораньше решили. Кстати, а откуда вы знали, где ваши жертвы будут?

— Две из них мне случайно попались, я их узнавал. Не хвастаюсь, фамилии или имена запомнить не могу, но на лица у меня память хорошая, – ответил Косой; иронично, с его-то фамилией. – А за Галкой я проследил, не отрицаю. Именно в тот день, когда она сказала, что повышения зарплаты не будет. А эта… блондинка, не ваша которая, перепутал ее.

— А почему именно с лестницы вы спускали своих жертв? – спросила я.

— Хотел, чтобы эти сучки прочувствовали всю боль, – зло сказал Косой. – Знаете, детей бьют, чтобы они вели себя нормально, вот и я им решил такую порку устроить. Все лучше-то усваивается через боль. И вообще, эти женщины… такие наглые и бессовестные скотины, которых надо в узде держать. Вы-то, я думаю, меня лучше поймете, – Косой обратился к Кирьянову, но мой друг презрительно усмехнулся.

— У меня прекрасная жена и двое детей.

— И что? Жена не пилит никогда? На мозг не капает? – усмехнулся Косой. – Денег не требует на шубу или на украшения?

— Только сердится иногда, что я убегаю спасать город от преступников, – пооткровенничал Кирьянов. – Но у нас все на уважении построено. Этого вам не понять.

— Да, Танюха, непруха какая-то у тебя сегодня, – хихикнул Андрей, когда я сидела в кабинете с ним, Гариком и Кирьяновым; они пили чай, я – кофе. – То девица ненормальная нападает, то мужик едва с лестницы не сталкивает.

— Двое ненормальных за сегодняшний день, – заметил Гарик менее оптимистично. – Жуть.

— Спасибо, что заметили, – ответила я с усмешкой и вдруг вспомнила кое-что. – Слушайте, а что там с Овчинниковыми?

— Представляешь, Тань, я приехал к ним на квартиру, – начал рассказывать Андрей. – А у батюшки Кати целая коллекция оружия. А вот лицензии, – он цокнул языком, – нет. Не буду сильно в подробности вдаваться, выяснилось, что отец Кати торгует оружием, еще мелким воровством занимался, а Катя ни сном ни духом об этом. И мамашка, кстати, ее невменяемая оказалась – врачи ее уже проверили.