Книга Месть под парусами, страница 18 – Марина Серова

Белых сокрушенно покачал головой, а я не могла не спросить:

— Так что же это было, Вадим Романович? Самоубийство?

— Следствие пришло именно к такому выводу, – процедил мужчина.

— А вы не согласны?

— Тут нужно было знать Батюшкова, Татьяна. Улыбчивый, задорный, хулиганистый парень с легким характером. Хоть и задира, но задира справедливый. Такие не вешаются. Такие радуются жизни даже в те моменты, когда, казалось бы, нечему радоваться. Я не верил в его желание самостоятельно уйти из жизни, я настаивал на этом. Даже несмотря на то, что мне самому в то время приходилось тяжко. Была затеяна служебная проверка. Нашлись какие-то мои грехи, о которых я и сам не знал. Мне настоятельно рекомендовали не лезть в это дело. А потом один мой друг, имени которого я, пожалуй, называть не стану, посоветовал мне уйти со службы. Если бы я продолжал вмешиваться в расследование, меня и закрыть могли, понимаете?

Я кивнула, а Белых, нахмурившись, уставился в стаканчик с недопитым кофе так пристально, словно на его дне надеялся разглядеть ответы на мучившие его вопросы. Он проговорил медленно, тщательно взвешивая каждое слово:

— Наверное, когда уволился, я поступил как трус, смалодушничал, не разобрался.

— У вас не было другого выхода, Вадим Романович, – вступилась я. – Если отбросить эмоции, скажите, что вы могли бы сделать? Из-за решетки проблематично вести расследование, не так ли? Кто бы вам позволил разбираться, если и внутренняя служба безопасности, и военная прокуратура были против вас? Да, я понимаю ваше желание поступить по справедливости, и не считайте меня, пожалуйста, совсем уж черствой.

— Я и не считаю. – Белых встряхнул головой, словно отгоняя ненужные мысли, и, прищурившись, взглянул на меня: – Ну как, Татьяна? Помог вам в вашем расследовании мой рассказ?

— Очень. – Я улыбнулась своему визави. – Теперь я совершенно точно уверена, что вы не убийца, а скорее защитник, и если на то будет ваше желание, мы вместе разберемся со смертью Комарова.

Под пристальным взглядом Вадима Романовича я достала из стопки листочков с данными сотрудников фирмы «МедТех» лист с его фамилией, сложила его вдвое и подвинула в сторону Белых. Тот снова скупо дернул уголком губ и смахнул бумагу в верхний ящик стола.

— Ценю ваше доверие, Татьяна. С радостью с вами поработаю.

— Правда, гонораром поделиться не обещаю, – качнула я головой, а в ответ услышала все тот же насмешливый фырк:

— Постараюсь как-нибудь обойтись.

— А тот человек, который рассказал вам о моем внезапном интересе… – вспомнила я вопрос, который хотела задать Вадиму Романовичу.

Он перебил.

— Это и есть тот самый друг, который помог мне в той истории избежать более серьезных последствий, – согласно кивнул Белых. – Но, уверяю, его имя вам ни о чем не скажет, а в нынешнее расследование вмешивать его и вовсе не стоит.

Я, ничуть не сомневаясь, признала его правоту, и мы приступили к работе.

Еще дважды этим вечером мы спускались на первый этаж к кофейному автомату. Расположив листы с именами всех участников корпоратива на столе именно в том порядке, как и сами участники располагались на банкете, я подняла взгляд на Белых:

— Все правильно, Вадим Романович?

Тот пристально пригляделся:

— Насколько я помню, именно так все сначала и сидели. А уже потом, по мере того как вечер набирал обороты, никто не мог усидеть на месте. Народ постоянно передвигался. Мужчины собирались в кучки, обсуждали последний футбольный матч, рыбалку, тещу, травили анекдоты. Некоторые я даже запомнил, но, – он предупреждающе взглянул на меня, – повторять их вам я не буду.