Книга Месть под парусами, страница 61 – Марина Серова

Конечно, пока я была далека от разгадки, но все-таки ближе, чем в самом начале. Пусть мне пока не удавалось понять, кому была выгодна смерть Комарова, однако круг подозреваемых неумолимо сужался. А действительно ли сужался? Может быть, Белых был прав и на берегу мог оказаться кто-то еще?

Как раз это нам и предстояло выяснить.

Если бы Белых не сбросил предварительно скорость, я бы вполне могла пропустить этот поворот. Узкая дорожка, почти скрытая придорожной растительностью, убегала вдаль от проезжей части почти под прямым углом.

С любопытством оглядываясь, я завертелась на сиденье:

— Вадим Романович, вы знали об этой дороге, да? Так запросто ее не найти!

— Только утром узнал, посмотрел на Гугл-карте, если честно. – Белых не отводил взгляда от петляющей дороги, осторожно преодолевая каждый поворот.

Но вскоре ехать стало проще. Поначалу узкая, дорога расширялась все больше и больше, постепенно становясь приемлемой ширины для того, чтобы без проблем могли разъехаться два автомобиля.

Вскоре перед глазами замаячила небольшая будка, рядом с которой в землю врос шлагбаум, перекрывая свободный въезд на территорию.

Перед нашей машиной никто не спешил поднимать шлагбаум, около которого Вадиму Романовичу пришлось затормозить. Правда, на шум двигателя из будки вышел невысокий упитанный человек, чем-то отдаленно напомнивший Карлсона. Он внимательно оглядел машину, на несколько мгновений задержал взгляд на мне, но спускаться с низкого крылечка не спешил. Более того, скрестив руки на груди, он привалился к дверному косяку.

Белых неоднозначно хмыкнул и, попросив меня оставаться на месте, вышел из машины. Из колонок доносилась тихая музыка, потому я видела только движения губ двоих мужчин, но ни единого звука их голосов до меня не доносилось.

Если бы я не наблюдала за этими двумя так пристально, то вряд ли обратила бы внимание, как буквально на пару мгновений сжались в кулак пальцы его руки, но тут же расслабились, а на лице появилась широкая улыбка.

Улыбка? Да неужели? Я была так удивлена непривычным проявлением чувств на лице Вадима Романовича, что пропустила тот момент, когда Белых сунул руку во внутренний карман, достал портмоне и затем сунул в руку «Карлсона» купюру. С такого расстояния я не разглядела номинала, но что-то мне подсказывало – мелкой она не была.

— Вы дали взятку, чтобы проникнуть на территорию? – Я хмыкнула, словно подначивая, когда наш автомобиль уже поднырнул под поднимающийся шлагбаум.

— Почти, – согласился Вадим Романович, но сразу замолчал, все так же пристально следя за дорогой, стараясь не заплутать среди то и дело разветвляющихся аллей.

Я немного подождала ответа, но мой спутник все так же хранил молчание.

Наконец я не выдержала:

— Вадим Романович, как вам удалось уговорить этого доблестного стража пропустить нас на территорию?

Белых, видимо, уже понял, что при поиске ответа на интересующий меня вопрос я не сдамся, а потому, тяжело вздохнув и, кажется, смутившись, все-таки ответил:

— Охранник сам дал мне возможность сунуть ему деньги. Как я понял, это здесь обычная практика. Парочки, которым негде уединиться, приезжают, платят и пользуются временем так, как им заблагорассудится.

— О! – Я не сразу нашлась, что на это можно было ответить. – И он решил, что мы такая же, ищущая приватности, парочка?