Книга Круто закручено. Дамские штучки, страница 27 – Марина Серова

— Э-э, видите ли, – Вересову такая мысль была явно не по душе, но деваться ему было некуда. – Да, да, в определенной степени…

— И обе эти группы нам придется проверить. Другого пути поиска истины я не вижу. Будем пока считать, что вы и Чернов вне подозрения, и начнем с группы, непосредственно работающей над вашим негорючим волокном. Сколько человек занимаются этой проблемой?

— Непосредственно – четыре человека.

— Вот и хорошо. Расскажите мне о них. Только не торопитесь, мне кое-что записать надо.

Я приготовила записную книжку.

— Прежде всего Коноплянников Андрей Николаевич, – начал Вересов медленно. – Ведет тему Чернов, а Коноплянников его правая рука. Он наш старый работник и опытный специалист. Мы знакомы с ним многие годы, еще по институту. Он не может пойти на предательство.

— А если хорошо заплатят? – мне-то приходилось встречаться со случаями, когда не то что фирму, но все, что есть родного, предавали из-за денег.

— Нет!

В этом сотруднике Вересов был совершенно уверен.

— Хорошо, давайте дальше.

— Верочка Лаврентьева. Очень умная девушка, все на лету схватывает. И чрезвычайно работоспособная. Трудится весьма плодотворно, кандидатскую пишет. На наших же материалах.

— Молодая?

— Молодая и очень симпатичная.

Молодые и очень симпатичные как раз и занимаются промышленным шпионажем.

— Как она одевается, как смотрится?

— Ну, обыкновенно одевается. Я бы даже сказал, неплохо одевается. Смотреть на нее всегда приятно. Вы ведь ее видели, когда мы были во второй лаборатории. Брюнетка с голубыми глазами.

На брюнетку с голубыми глазами я действительно обратила внимание. Как она одевается, по халату определить нельзя, но голубой «чепчик» на голове очень симпатичный. Золотой перстенек, дорогие сережки, на шее золотая цепочка. И губная помада не из дешевых. Все это я машинально отметила, когда проходила по лаборатории, а сейчас припомнила.

— Зарплата у ваших сотрудников какая?

— Разная. От должности, опыта работы, наконец, от пользы, которую они приносят, зависит. Мы ведь не государственная организация, у нас твердых ставок нет. Откровенно говоря, зарплата невысокая, платим столько, чтобы люди держались, не уходили. Сейчас вроде бы некоторая безработица, но хороших специалистов не так легко найти. Верочка, в частности, получает около трех тысяч рублей.

— Понятно, понятно, давайте дальше.

— Дальше Крон, Альберт Крон. Тоже из молодых и тоже весьма способный юноша. Может сидеть в лаборатории сутками. Но внешне весьма странный молодой человек. Одевается очень пестро. Не знаю, может быть, сейчас мода такая. Галстучки самой неожиданной расцветки, волосы длиннющие, косички заплетать можно. В кармане всегда плейер. Сидит, работает и музыку слушает. Мне это, откровенно говоря, несколько непонятно. Хороший работник, а так вот выглядит… Но приходится мириться.

Этого я в лаборатории тоже приметила. Длинный, под два метра, на голове наушники. Уставился на какую-то пробирку и замер. Непонятно, то ли он музыкой так увлекся, что все остальное ему в тот момент до лампочки было, то ли весь в работу ушел, а от внешнего мира наушниками отгородился, чтобы он ему не мешал. Любопытная, должно быть, личность. Во всяком случае, неординарная.

— Да, машина у него есть…

— На ваши три тысячи с вычетом налогов?