Книга Круто закручено. Дамские штучки, страница 61 – Марина Серова

— Точно, дурак, – подтвердила она.

— Это почему дурак? – обиделся Ханжин.

— А потому, дорогой мой Степа, что имелся при тебе не просто пистолет, выданный начальнику службы безопасности твоей секретной фирмы, а пистолет с глушителем, который сейчас милиция усердно разыскивает. Этим пистолетом только на этой неделе два убийства совершено.

— Подожди, а ты-то откуда знаешь, что разыскивает?

— Да знаю уж.

— Ты из милиции, что ли?

— Не то чтобы непосредственно из милиции, – не стала я его обманывать, – но некоторое отношение к ней имею.

— Чего ж ты сразу не сказала? Предупреждать надо!

— Да понимаешь, – стала я оправдываться, – как-то некогда было. Я ведь тебя, Степа, испугалась, думала, что ты за пистолетом полез, вот и пришлось стукнуть.

Мне непременно надо было установить с ним добрые отношения. Сам Степа уже здесь, как ни посмотри, а дело кончено, пойдет отдыхать, не знаю уж, сколько ему там дадут. Мне заказчик нужен был. Очень редко такая птица к нам в силки попадет. Киллера и то не часто берут, а уж заказчика почти никогда. А я до Сивопляса хотела добраться, и взять его можно было только через Степу, через хорошие мои с ним отношения.

О том, что его боятся, Степе услышать было приятно.

— И напрасно испугалась. Я же просто так пистолетом не махаю. Только если по заказу. А на тебя, красавица, заказа, сама понимаешь, не имел.

— Теперь-то я понимаю. Но только тебя, – я погрозила ему пальчиком, – лучше побаиваться… Как ты насчет того, чтобы по кофейку ударить?

Вот такого он совсем не ожидал. И, чувствуется, приятно ему было мое предложение. Зауважал он меня.

— Можно, – согласился он. – Даже с удовольствием.

— Давай, Галя, кофейку сообрази, – попросила я. – Только погуще и покрепче сделай. Так, что ли? – посоветовалась я с Ханжиным.

— Так, – поддержал он меня. – Я крепкий люблю.

Галя с удивлением посмотрела на меня, потом пожала плечами и пошла на кухню.

— Значит, влип я? – спросил Ханжин.

— А ты как думаешь?

Задуматься ему было самое время. Он и задумался. И понял, что ваньку валять никакого смысла нет. Но как себя в таком случае держать, толком не знал, заранее не продумал. Был уверен, что не попадется. Поэтому я продолжила атаку:

— Ты внимательно меня слушаешь?

— Слушаю, слушаю… Давай продолжай.

— Так вот, при всех твоих, Степа, достоинствах, влип ты основательно. Пальчики на этом пистолетике сплошь твои, и на кобуре твои. А все остальное баллистическая экспертиза докажет. Ты почему пистолет не выбросил? – вспомнила я рассуждения Мельникова о необразованности киллеров. – Не знаешь, что ли: раз ствол отработал, его выбрасывать надо.

— Нашлась бросательница. А ты знаешь, сколько сейчас ствол стоит? Сейчас за хороший ствол столько сдерут, что голым в Африку пойдешь.

— Чего не знаю, того не знаю, – призналась я. – Мне ствол покупать без надобности. А все-таки, если бы бросил, тебе это дешевле обошлось бы. По этому стволу тебя теперь и посадят. Сейчас ты это хоть понял?

Еще бы не понять. Такое и дубовое полено поняло бы.

Тут Галя как раз кофеек принесла, в больших чашках, густой и крепкий.

— Как заказывали. Горячий, смотрите не обожгитесь, – повернулась и ушла.

— Чего же она сахар забыла? – Я поднялась и отправилась вслед за Галей на кухню.

Тут-то она мне и выдала по первое число: и за то, что какую-то поганую тысячу долларов я ей не отдала, и за то, что с убийцей ее мужа спокойно разговариваю, и за то, что заставляю ее этого убийцу кофейком поить. Правильно, в общем-то, говорила. Я спорить с ней не стала и оправдываться тоже. Просто объяснила, что прежде всего, и она сама должна это понимать, в смерти ее мужа виноват Сивопляс, но доказать это можно только с помощью Ханжина. Оттого я с ним и беседы веду, оттого и кофейком угощаю.