Книга Криминальная принцесса, страница 13 – Марина Серова

— Ну, она должна убираться сейчас. Пойдемте, я покажу, где она швабру и тряпки хранит.

Мы вышли из костюмерного цеха и снова пошли по коридору. Филиппова привела меня к двери, около которой стояла девушка лет двадцати в сиреневом свитере и черных джинсах. Невысокого роста, худощавая, немного нескладная блондинка выглядела подавленной.

— Регина! – воскликнула Филиппова, увидев девушку. – А мы как раз тебя искали! А ты как раз кстати нам повстречалась. Вот, это, – женщина кивнула в мою сторону, – Татьяна Александровна, она частный детектив. Ищет того, кто застрелил Владислава Григорьевича.

При этих словах девушка вздрогнула. А я насторожилась: девица просто переживает из-за убийства или испугалась?

— Ты расскажи Татьяне Александровне, видела ли ты кого-нибудь постороннего в театре, пока я была в аптеке, – попросила вахтерша.

— Никого я не видела, – буркнула Регина, глядя исподлобья.

— То есть вы хотите сказать, что в то время, когда вы находились в театре, никого постороннего не заметили? – спросила я девушку.

Она опять еле заметно вздрогнула. На этот раз и Филиппова обратила свое внимание на поведение Регины.

— Региша, ну ты чего? – ласковым тоном спросила вахтерша. – Ты чего, боишься кого-то?

Регина отрицательно покачала головой.

— Регина, скажите, а зачем вы так поздно пришли в театр в тот вечер, когда был застрелен Дубовицкий? – спросила я.

— Я ключи от квартиры в куртке забыла, – еле слышно проговорила девушка, – а куртку я в подсобке оставила, потому что жарко в тот день было. Зачем ее таскать с собой…

— А вы что, живете одна? – задала я следующий вопрос.

— Не одна, – все так же тихо ответила девушка, – с отцом. Только он в тот вечер опять напился. Я уже стучала-стучала, чуть дверь входную не расколошматила – никакого толку. Пришлось за своими ключами идти, – объяснила Регина.

Филиппова сочувственно покачала головой.

— Регина, а вы долго были в тот вечер в театре? – спросила я.

Девушка удивленно посмотрела на меня.

— Нет, недолго. Я только взяла куртку и сразу ушла домой, чего мне еще было делать?

— Хорошо, я поняла. Регина, расскажите, что происходило в тот день, когда был убит Владислав Григорьевич, – попросила я.

— А что могло происходить? – девушка пожала плечами. – То же, что и всегда. Каждый занимался своими делами. Я вот уборку делала, полы мыла.

— В кабинете директора? – спросила я.

— Нет, я в кабинетах не убираюсь, я коридоры мою, – ответила девушка.

— Да, в кабинетах у нас другие убираются, – подтвердила Варвара Никифоровна.

— Может быть, вы, Регина, видели кого-нибудь постороннего? – продолжала я расспрашивать девушку.

— Да некогда мне разглядывать, кто посторонний, кто – нет! – вдруг почти выкрикнула уборщица. – Я уборкой занимаюсь. А не бездельем маюсь, вот!

— Регина, ты чего это? – удивленно спросила Варвара Никифоровна. – Чего ты так резко отвечаешь-то?

— Да потому что надоело все, теть Варя! – сказала девушка и закрыла лицо руками. – Что ни день, то ходят, расспрашивают! Как будто, если я… если у меня… семья такая, то я… Ничего я не видела!

— Ну, ладно, успокойся, – Филиппова погладила ее по плечу и выразительно посмотрела на меня.

Я тоже поняла, что в таком состоянии, в котором сейчас находилась девушка, от нее вряд ли можно было добиться вразумительных ответов на вопросы. И теперь ее реакция вполне объяснима. Уборщица, девушка из неблагополучной семьи, вряд ли тепло относится к правоохранительным органам. А Кирины ребята работают на совесть – могли и впрямь девушку потрепать допросами-расспросами. Кому такое понравится?