Книга Коллекция грехов, страница 33 – Марина Серова

— Но Валек тебя все-таки убедил? – спросила я.

— Ха! Так он это делать мастер! – зло выкрикнул Переметников. – Ему же бабки нужны были. К тому же он умеет навешать лапшу на уши так, что даже и не сообразишь ничего, пока по его милости в дерьме не окажешься. Вот и в тот раз. Он начал убеждать меня в том, что деньги мы получим в самое ближайшее время, типа, у него уже и покупатель есть подходящий. К тому же он заявил, что может нанести такой удар, от которого потерпевший не оправится в течение нескольких часов. Этого времени вполне хватит, чтобы увести и спрятать тачку. Короч, уломал он меня.

— И что произошло дальше? – спросила я.

— Да даже и вспоминать не хочется! – воскликнул Переметников.

— А придется, Тимофей, придется, – сказал Владимир.

— В общем, распределили мы роли, кому и что делать. Хотя это Валек сам все расписал. Заманить владельца «Ниссана» в кустарник должен был я. Ну понятно, а кто же еще? – усмехнулся Переметников. – Валек сказал, что с его рожей от него будут шарахаться, а  вот я как раз располагаю к общению. Ну, я согласился. Валек встал около кустарника и начал заваливаться на тротуар. Я сразу же бросился к хозяину тачки и стал просить его помочь, сказал, что приятелю стало плохо.

— И владелец «Ниссана» согласился помочь? – спросила я.

— Согласился. Но сначала он включил сигналку и только потом пошел за мной следом. Так мы дошли до кустарника…

Во время рассказа Переметникова мы с Владимиром внимательно наблюдали за парнем: мало ли что. Есть такие артисты, так мастерски играют свою роль, что трудно отличить, где правда, а где ложь. Однако Тимофей Переметников не играл.

— В общем, хозяин тачки все-таки догадался, что дело нечисто, что мы его собрались… Хотя я теперь только понял, что Валек с самого начала решил убрать того мужика. Он уже запланировал «мокруху», только мне ничего не сказал, знал, гад, что буду против! Я понял, что он затеял, только тогда, когда увидел блеск лезвия. И как Валек ударил того мужика. Он сразу дернулся и стал оседать на землю. Я сильно испугался, я же в такие дела никогда… Валек приказал подхватить мужика, и мы вдвоем отволокли его подальше, чтобы с проезжей части не было видно…

Я обратила внимание на то, что Владимир не писал протокол допроса. С одной стороны, был риск, что Переметников мог отказаться от своих показаний. Но с другой стороны, если сейчас придать допросу официальный характер, то где гарантия, что задержанный не замкнется и не замолчит? Я понимала, как, впрочем, и Кирьянов, что самое главное сейчас – это получить от Переметникова правдивые сведения. Потом уже можно будет искать варианты, как все это оформить.

— Можно мне закурить? – спросил Переметников.

Владимир кивнул и, взяв со стола пачку, протянул ее парню. Тимофей взял из пачки одну сигарету, Кирьянов чиркнул зажигалкой, и парень жадно затянулся. Глядя сейчас на Переметникова, я понимала, что он находится в том состоянии, когда наступает потребность покаяться, рассказать и объяснить. Это неизбежно приходит ко всем, кто привык чувствовать себя хозяином жизни, грабя, и убивая, и совершая другие черные дела. А потом накрывает такой страх за содеянное, что дрожат руки и никак не могут удержать сигарету…

— Дальше рассказывай. – Владимир дождался, пока Переметников закончит, и вопросительно посмотрел на него.