Книга Коллекция грехов, страница 91 – Марина Серова

— А дальше я очнулась уже здесь! – со злостью проговорила Елизавета.

— Очнулись в этом подвале и в наручнике? – уточнила я.

— Да, именно так! Представляете, очнулась и поняла, что лежу на этом грязном и холодном полу! Могли хотя бы что-нибудь постелить! Хоть газету!

Я слушала Елизавету и недоумевала. Неужели она не понимала, что никто не стал бы заботиться о ее гигиене и здоровье. Да и вообще Митропольской было отведено совсем немного времени. Это в том случае, если бы Ростиславу Надеждинскому пришлось бы убирать Елизавету. Она ему нужна была только при определенных обстоятельствах. А если бы план Надеждинского не сработал, то и Митропольскую он не оставил бы в живых. Он ведь не глуп, понимает, что такая свидетельница очень опасна.

— Елизавета, – я снова обратилась к девушке, – скажите, вас здесь кормили?

Митропольская скривилась в брезгливой гримасе:

— Если бы вы видели то пойло, которое мне приносили, у вас бы язык не повернулся назвать это едой! Просто отвратное нечто! По-другому и не назовешь. Ну, и еще… да, в туалет тоже водили. Иногда. Хотя такие походы состоялись только благодаря тому, что кричала изо всех сил и колотила рукой об этот пол. Может быть, они боялись, что я расшибу себе здесь голову, не знаю…

— Понятно. Но ответьте еще на такой вопрос. Вы так и не поняли, зачем вас похитили и привезли сюда? Никто вам не говорил, с какой целью вас здесь держат? – спросила я. – Наверняка ведь не просто так.

— Вы думаете, я об этом знаю? Хотя… Как-то раз сюда пришел какой-то мужчина, я его раньше не видела. Он такой представительный, в возрасте уже, но выглядел неплохо. И  он начал мне говорить, что я должна быть послушной, покладистой и все такое. Иначе с моей матерью может случиться что-то плохое…

Елизавета замолчала, словно для нее что-то прояснилось.

— Послушайте, Татьяна Александровна, а ведь этот мужик ничего не сказал про моего папу… Только пригрозил, что с мамой может что-то случиться… Но это означает, что… он знает, что папы больше нет, да? А может быть, это и есть убийца моего отца?

— Вполне возможно, Елизавета, – нейтрально ответила я.

— Так что же мы здесь сидим? Татьяна Александровна, нам необходимо как можно быстрее выбраться отсюда и заявить в полицию. Ведь не просто же так этот мужик заявился сюда? Значит, ему известен владелец этого дома. Или… Татьяна Александровна, я уже вообще ничего не понимаю! У меня просто голова кругом идет и сейчас лопнет от всех этих догадок!

Митропольская обхватила свою голову обеими руками.

— Так, Елизавета, прекратите панику!

Я прикрикнула на Елизавету, насколько это было возможно, помня о том, что меня могли услышать в гараже.

— Еще раз прошу вас: успокойтесь и не нагнетайте обстановку, – сказала я уже более мягким тоном и гораздо тише. – Ведь вас не били и не пытали, так?

— Ну да… утюгом не прижигали, – хмуро пошутила Митропольская. – Хотя если бы вы сейчас здесь не появились, то, скорее всего, дело могло дойти и до пыток.

— Не будем гадать на кофейной гуще. Так, сидите тихо, а я пойду к двери и послушаю, что происходит там, в гараже. Может быть, оттуда уже ушли. Тогда нам с вами можно будет выбираться, – сказала я.

Однако произошло с точностью до наоборот. Людей в гараже стало не только меньше, их еще прибавилось. Это я поняла, когда снова подошла вплотную к двери, ведущей в гараж, и прислушалась. Правда, сначала все было тихо, и я уже готова была облегченно выдохнуть: ну все, опасность миновала и мы с Елизаветой сейчас выйдем отсюда. Я даже уже собиралась открыть дверь, но в этот момент послышалась громкая речь. Теперь мужчин было уже как минимум трое. А может быть, и больше.