Книга Оправдать любой ценой, страница 11 – Марина Серова

— А что, очень даже хороший. Закончу дело и начну бегать по утрам. – Кажется, это был пятый или шестой раз, когда я так себе обещала.

Ровно в десять я ждала Аясова у подъезда. Он немного опоздал, объяснив это тем, что «счастливые часов не наблюдают».

— Вы бы видели, как у моей дамы сверкали глаза, а ее улыбка… Как порой такие мелочи, как игрушка или ужин при свечах, могут подарить столько эмоций.

— Смотрю на тебя и завидую белой завистью.

— Ничего, Татьяна Александровна, когда‐нибудь и в вашей жизни появится достойный человек.

— Ох, мне остается только мечтать, – отшутилась я. – Немногие мужчины, что у меня были, – лишь мимолетные увлечения, чтобы убить время и самой не умереть от скуки, не более.

— Страшная вы женщина, Татьяна Александровна. Красивая, но страшная. Я бы даже сказал, роковая.

Улыбка слегка тронула мои губы. Сколько раз меня так называли? Сколько мужчин уходили, бросив эти слова? А сколько еще уйдут, хотя, если честно, уж лучше бы и не приходили. После расставаний не остается ни боли, ни соплей и страданий, скорее, разочарование, скука и дежавю с противным привкусом грусти.

— Мы с вами совсем заговорились, Татьяна Александровна. Пора бы уже ехать.

— Поедем на машине, – я указала на арендованную темно-красную «девятку», – когда‐то у меня была такая. – На самом деле эту машинку я взяла на время у старых знакомых. Зная, что предстоит копаться в делах бандитов – а они бывшими, как известно, не бывают, – выбрала оптимальный вариант. За невзрачной внешностью старушки автопрома скрывалась рабочая лошадка с бронированными стеклами, укрепленными дверцами и мощным двигателем.

— А что же сейчас?

— А сейчас пора бы пересаживаться на что‐то более удобное, но для привлечения наименьшего внимания поедем на этой. К тому же люди с машинами, как у меня, вряд ли ездят на свалку.

Венчик услужливо, словно дворецкий, открыл мне дверь и помог сесть. Мне такие жесты казались наигранными, фальшивыми и ненастоящими от любых мужчин, кроме Аякса. Для него галантность и желание помочь даме были чем‐то обыденным и само собой разумеющимся. Этакий гусар в современном мире.

Едва мы тронулись, Венчик завел рассказ о мире, бытии и философии. Какому‐нибудь философу или хоть как‐то этим интересующимся было бы интересно послушать его, но только не мне. От бесконечного потока слов начинало клонить в сон. После пятого или шестого зевка мой «собеседник» обидчиво подметил:

— Татьяна Александровна, во‐первых, зевать с настолько открытым ртом неприлично. У людей, мало знакомых или же еще не удостоившихся познакомиться с вами, может сложиться впечатление, что вы дурно воспитаны. В приличном обществе это моветон. А во‐вторых, неужели мои рассказы ни капли вас не заинтересовали?

— Если честно, я совсем далека от всего, что вы говорите, – я перешла на «вы», поскольку знала: Аякс трепетно относится к таким мелочам. – Я бы с удовольствием обсудила с вами древнюю литературу или высказывания Платона, если бы понимала хоть что‐то. – Я старалась говорить мягче, боясь, что Венчик обидится и откажется показывать мне Восточную башню. – И надеюсь, мы можем найти общую тему.

— Что ж, спасибо за откровенность, – он задумчиво осматривал пролетающие мимо дома и магазины, – кажется, я знаю, на что вы намекаете.