Книга Оправдать любой ценой, страница 88 – Марина Серова

Безусловно, признания судьи, если удастся их из нее вытянуть, надо записать на камеру или диктофон. С другой стороны, дамочка понимает, что ей будет, если она расскажет что‐то, что может прямо свидетельствовать о заказе Балуевым Лопатникова, еще хуже, если она назовет имена. Даже под угрозой тюрьмы она этого не расскажет.

Хотя… полиция может обеспечить ей безопасность, пусть и не вполне официально. А тот же Балуев в перспективе вполне способен начать ее шантажировать. Если судья захочет уехать из города или страны, можно ей посодействовать. А что, если… рассказать ей парочку случаев, с которыми я уже сталкивалась. Очень хорошо подойдет пример с Валентиной Струцкой.

Я прекрасно помнила этот случай. Валентина Струцкая была женой начальника одного из отделов полиции нашего города. Ее муж был довольно влиятельным человеком со званием повыше, чем у Кири. Однако отдел управления экономической безопасностью и противодействия коррупции заинтересовался им после покупки недвижимости и машин на круглую сумму. В ходе моего визита она обещала рассказать правду про своего мужа взамен на безопасность. После предъявления обвинений я и Киря лично сопроводили ее до самолета до Минска, где ее также встретили наши люди. И таких примеров был не один десяток.

Ладно, что‐нибудь придумаю. Пожалуй, попробую выловить ее после работы – в суд меня просто так не пустят. И назначу встречу в ближайшие дни.

Суд работал до половины шестого, так что у меня было еще около двух часов. Их я потратила на поиск новых зацепок, которые мы могли упустить раньше. Само дело я раскидала по разным файлам, чтобы не смешивать все в одну кучу. Так было удобнее отмечать, что просмотрено, а что предстоит. Показания свидетелей также были отсортированы. Теперь можно будет легко отследить, если человек начнет противоречить сам себе или показания свидетелей не состыкуются.

Ничего не найдя в деле, я посмотрела на часы и стала собираться. Макияж стерся, поэтому пришлось подправить его. Не люблю краситься, ибо это долго, муторно, так еще и одно неловкое движение может все испортить. Однако сейчас я шла не в отдел или тюрьму, где ко мне уже привыкли и никто не обратит внимания на затертые тени или слегка кривые стрелки. С Суховой я незнакома, так что первое впечатление обязательно должно быть положительным. Ради этого я даже отгладила брюки и пиджак и достала очень неудобные туфли с высоченным каблуком. Мне казалось, что чем выше я буду, тем более деловой вид у меня будет.

Вроде последние приготовления были завершены. Перед выходом я еще раз посмотрелась в зеркало и, убедившись, что все хорошо, вышла из дома.

Парковки рядом со зданием суда не было, так что пришлось оставить машину во дворах. Перед судом никого не было, работники не выходили, да и внутрь никто не заходил, так что стало немного неловко.

— Странно, но, может, у них тоже много работы и приходится задерживаться.

Через полчаса ожиданий я решила перепроверить, работает ли сегодня суд. На дверях висел график работы. Кроме него, никаких дополнительных объявлений не было, но дверь не поддавалась, в какую бы сторону я ее ни дергала.

Я перешла дорогу и села на скамейку. Уйти раньше Сухова не могла. Вернее, могла, но тогда бы суд не был закрыт. Кроме нее в суде работает множество делопроизводителей и секретарей, не было видно ни единой души.