Книга Опасная игрушка, страница 61 – Марина Серова

…Погуляв среди публики по аллеям, я присела на скамейку в достаточно уединенном местечке. Развернула газетку… Ждать не пришлось.

Грубые сильные руки обхватили мою шею, подбородок и стали больно тянуть голову назад. В глазах потемнело, и я почти потеряла сознание.

В это же самое мгновение другие руки вырвали у меня сумку, и хватка за шею ослабла. Едва придя в себя, я обнаружила, что по бокам, плотно прижавшись, сидят мои «приятели», причем Мишка чуть не втыкал мне в бок острие ножа:

— Пикнешь, сука, зарежу без разговора.

— Да уж, ребятки, сохраните мне жизнь, я вам еще пригожусь, — я попыталась улыбнуться.

— С чего ты это решила нам «пригодиться»? — подозрительно спросил Сергей и открыл мою сумку. — …Твою мать! — вырвался у него крик.

— Что такое? — заволновался Мишка, и нож чуть не на сантиметр вошел мне меж ребер. Я вскочила, зажимая рот, чтобы не закричать от боли.

— Дурак, — зашипел, опомнившись, Сергей, — ее нельзя убивать. Хотя бы потому, что «пушку» она где-то умудрилась спрятать.

— Ну не в поезде же? — пробормотал Мишка.

Я села на скамейку и приложила к ранке носовой платок, смочив его дезодорантом. Ничего другого для дезинфекции придумать было нельзя.

— Если не «расколешься» сейчас, где пистолет, я тебя на ремешки порежу. Мне терять нечего, правильно. Из-за тебя, сука, брата Федьку менты повязали, а на нем «мокруха» висит. Говори, падла! — Мишка чуть не бился в истерике, и я серьезно стала бояться за свою жизнь. Сергей и удержать подонка не успеет.

— Пистолет я оставила в автоматической камере хранения на вокзале в Питере…

Они изумленно уставились на меня:

— Но зачем?

— Знала, что вы будете меня преследовать и нападете. А так я позвоню в Питерский угрозыск и скажу…

— Ты, б…ь, скажешь сейчас мне, — мертвым тоном произнес Мишка и приставил нож к моему горлу. Надавил слегка. Я поняла, что через секунду могу расстаться с жизнью.

— Номер камеры 2415.

— Код?

— Три, пять, восемь, девять, семь…

Сергей записал все это на листочке, отвел от моего горла Мишкину руку с ножом и сказал:

— Не думаю, чтоб перед смертью так врали… Давай, Михаил, лети в Питер и бери пистолет на вокзале. Но если его там не будет, — он угрожающе посмотрел на меня, — я сам тебя прибью, не дожидаясь Мишки. Я ведь тоже влип в это дело по уши, — как-то обреченно добавил он.

— А ты что, останешься? — спросил Угланов.

— Конечно, надо Таньку пасти, чтобы в Питер ментам не позвонила или еще чего не выкинула. Поеду с ней в Тарасов и буду там завтра у Кульбицкого ждать твоего звонка.

— Годится, — сказал Миша. — Теперь надо эту сучку до поезда доставить, чтоб не сбежала. Держи нас под руки, — приказал он мне, — как только выпустишь, прирежу.

Я вздохнула обреченно, выполнила все требования Мишки, и, представляя собою достаточно комическое зрелище, мы, плотно прижавшись друг к другу, двинулись к метро. В метрополитене, правда, пришлось разъединяться, но я, конечно же, не собиралась бежать.

Так мы прокантовались почти до самого отхода поезда. Мишка в авиакассе купил себе билет до Питера. Я внутренне позлорадствовала, представив, как он будет корячиться возле камеры. Наберет код, дверца не откроется. Он потратит час, потея и матерясь, пытаясь подобрать нужное сочетание цифр… В истерике начнет лупить кулаком по металлической дверце, станет ее выламывать. Хорошо бы, если б в этот момент его повязала милиция! И самое смешное: он будет считать, что я его обманула с кодом, но пистолет действительно лежит в камере.