Книга Смерть антиквара, страница 7 – Марина Серова

— Нет, что вы. Понимаете, у Марины своя практика. Она помогает людям.

— А в чем это заключается?

— Она, выражаясь по-народному, гадалка.

— Практикует у себя дома?

— Да.

— У нее не было недопонимания или конфликтов с клиентами?

— Были, конечно, но ничего особо серьезного. Марина умеет уладить дело миром.

— А с убитым соседом?

— Вроде нет. Я спрашивала у Марины, она сказала, что тот мужчина обращался к ней за помощью, и она ему помогла. Ни конфликтов, ни претензий не было.

— Вы сказали, что соседи недолюбливают вашу сестру. Не знаете, почему?

— Как вам объяснить… – Виктория подняла глаза к потолку (меня всегда забавлял этот жест – как будто на потолке написаны ответы на все вопросы). – Марина – человек закрытый. Не любит вторжения в личную жизнь, навязчивых людей. Она всегда была такой. Иногда даже чересчур. Квартиру, в которой она живет, Марина купила чуть больше двух лет назад. Я ее спрашивала, конечно, нравится ли ей там жить, и сестра сказала, что все нормально, но некоторые из соседей очень навязчивые и не в меру любопытные.

«Наверняка какие-нибудь бабушки-активистки», – подумала я. Люди старой закалки, которым обязательно надо все про всех знать. Такие есть в каждом многоквартирном доме. Лена вряд ли будет лезть к незнакомому человеку в личную жизнь. Да, я уже догадалась, что сестра моей посетительницы – не кто иной, как загадочная соседка Синцовой, хоть Виктория и не называла мне ее адрес. Видимо, не случайно я за короткое время встретила Лену и Кирю, которые мне рассказали про одного и того же человека. Судьба, не иначе.

«Черт, опять развожу философию и отвлекаюсь. Так, дорогуша, соберись, – мысленно сказала я себе. – А то дело интересное проворонишь».

— И еще, знаете… – Женщина смущенно улыбнулась. – Марине из-за своего занятия приходится придерживаться определенного образа. Вы понимаете, о чем я?

— Как артисту?

— Да, нечто вроде. Она считает это необходимым для своей работы. Но, сами понимаете, люди все разные, не все воспринимают это адекватно.

Еще бы. Зловещая тетка, смотрящая исподлобья, закутанная во все черное и бормочущая что-то под нос, любого обывателя насторожит. Правда, эту Марину я не видела и не могу сказать, насколько она соответствует этому образу.

— И с соседями, – предположила я, – у вашей сестры из-за ее занятий и образа возникали конфликты, ссоры?

— Я бы не сказала. Но она может жестко пресечь чужое любопытство – я имею в виду, если кто-то ей начал бы задавать вопросы типа замужем ли она и тому подобное. Не в грубой форме, конечно, вежливо, но вполне доходчиво объяснит, что в ее жизнь лезть не стоит.

— Виктория Сергеевна, я задам вам, так сказать, не особо деликатный вопрос: а ваша сестра действительно помогала людям?

— Я понимаю, о чем вы. – Женщина ничуть не обиделась. – Да, Марина действительно помогала всем, кто к ней обращался. На картах она гадает превосходно – ей что обычную колоду в руки дай, что Таро. У нее это от бабушки. Еще она очень наблюдательный человек.

— А дорого брала за свои услуги?

— Этого не знаю. Сестра не говорила, а я не спрашивала.

Да уж, интересная ситуация вырисовывается. Я снова мысленно вернулась к недавнему разговору с Кирьяновым. Тот явно сомневался, что убийство соседа Лены – дело рук обычной гадалки. Но то Володя. А вот органы следствия вполне могли взять эту Марину на заметку. Особенно если всплыло что-то подозрительное из ее прошлого. Кстати, об этом тоже надо будет спросить.