Книга Смертельное лекарство, страница 74 – Марина Серова

После обычных технических титров я увидела пустую длинную комнату, напоминавшую бетонный сарай. Одна деталь сразу заставила меня вздрогнуть: под потолком от стены до стены шла железная штанга, и с нее свисали проволочные петли — я насчитала их семь.

Откуда-то сбоку в кадр вошел человек в маске и начал расставлять под петлями стулья. Их оказалось точно по числу петель. А затем… Затем в комнату другие типы ввели знакомых мне людей. Здесь были Женя Вязьмикин, его жена Лена, Николай с Леней (у Николая была забинтована рука, у Лени на голове виднелась свежая кровь), Татьяна Валерьевна, Марина Борисовна… Последней ввели трехлетнюю дочку Вязьмикиных. Малышка явно не понимала, что происходит, и первым делом бросилась к отцу с матерью, но люди в масках отвели ее к «своему» табурету.

Всем набросили на шею петли, заставили встать на табуреты. Затем зажужжал мотор, вал под потолком начал вращаться, наматывая на себя проволоку, петли натянулись. Я видела, как люди, спасаясь от удушья, встали на цыпочки, как их рты мучительно ловят остатки воздуха… Затем вал сдал чуть назад и в этом положении застыл. По экрану пошли полосы: «фильм» закончился.

Нужно было ждать продолжения, и оно последовало немедленно — зазвонил телефон.

— Ну как, Танечка, — спросил вкрадчивый голос, — как впечатление?

— Чего вы хотите? — спросила я.

— О, сразу видно, что мы имеем дело с деловой женщиной, — ответили в трубке.

Я заметила, что не могу определить тембр голоса звонившего — он все время менялся. Видимо, была задействована специальная аппаратура, маскировавшая голос, чтобы в случае записи нельзя было установить, кому он принадлежит.

— Я думаю, вы уже поняли, что никакой пресс-конференции завтра не будет?

— А что я получу взамен?

— Хотя бы то, что проволока не будет натягиваться сильнее.

— Убить людей можно лишь один раз.

— Вот тут вы ошибаетесь, драгоценная Танечка. Убивать человека можно бесконечное число раз. Убить — да, однажды. Но какой же олух будет убивать столь дорогих гостей? В общем, пункт первый: вы сейчас звоните вашему пишущему другу и отменяете завтрашнее мероприятие.

— А как я это объясню?

— Ну, как вы понимаете, не тем, что просмотрели некую видеозапись, и не тем, что вам кто-то угрожал. Сошлитесь на плохое здоровье, на необходимость тщательной подготовки — он ведь настаивал на тщательной подготовке, верно?

— А как вы узнаете, что я выполнила ваше условие?

— Об этом не беспокойтесь — это наши проблемы.

— Ваши, Иван Георгиевич?

На том конце провода расхохотались.

— Вон на кого вы грешите! Нет, дражайшая Танечка, наш общий друг Цицерон в такие игры уже не играет. У него на руках не осталось ни одного козыря… Только, ради Бога, без этих ваших сыщицких штучек — не пытайтесь угадать, кто с вами говорит. Короче, звоните Илье и отменяйте мероприятие. Потом наш разговор продолжится. Иначе станете свидетелем медленной и мучительной смерти ваших знакомых.

Колебалась я недолго. Мне не оставили выбора. Правда, надо было придумать еще кое-что. Впрочем, это заняло у меня немного времени. Я набрала номер Ильи.

— А, это ты, — без особого энтузиазма отозвался он. — Хочешь провести пресс-конференцию сегодня в полночь?

— Нет, хочу сообщить, что она не состоится.

— Как не состоится?! — Весь сон моментально слетел с моего собеседника.