Книга Прятки в темноте, страница 1 – Марина Серова

Я слишком сильно устала. В последнее время это проявлялось во всём: в ведении диалогов с клиентами, в концентрации на очередном деле и даже в приготовлении кофе.

Апатия подкралась настолько незаметно, что мне удалось заметить её лишь в тот момент, когда я стала засматриваться на одинокую банку растворимого кофе, от которого я столько лет открещивалась. Её забыла моя давняя подруга, которая приезжала погостить несколько лет назад. Любовь к ненужному хламу побеждала рационализм, и я каждый раз откладывала момент, когда эта банка с лязгом полетит в мусорное ведро. А теперь дожила до того, что мысль заварить кофе за пару секунд не является такой уж отвратительной. А что, если и вкус у него сносный?

От этого отчаянного шага меня спасла сонливость. Очередное сложное дело было благополучно завершено, и я планировала подарить себе несколько дней спокойствия: заняться просмотром сериалов или чтением. Но этому не суждено было случиться.

Невыносимо громкий рингтон телефона, который я порывалась сменить бесконечное количество раз, раздался на всю спальню. Мелодия хоть и была навязчивой, но не способна была так просто разбудить меня. Хроническая усталость, прицепившаяся ко мне буквально за последние три месяца, давала о себе знать и бережно оберегала мой сон. Абонент, так нагло старающийся разбудить меня в четвёртом часу ночи, на этом не сдался. Ему удалось разрушить сладкую негу, но лишь с третьего раза.

Потянувшись рукой наугад в сторону тумбочки, я нащупала ровную поверхность экрана смартфона и поднесла его к уху:

— Слушаю.

— Таня, я в посёлке Забивалово, тут такое… — тишина звучала так же пугающе, как и голос Кристины Битниковой — моей объявившейся подруги из Европы. — Таня… связь… еле пойма…

По обрывкам её фраз я успела понять лишь то, что находится она довольно далеко от Тарасова, в месте, явно забытом всеми телефонными операторами.

Связь была настолько плохая, что услышать внятную причину звонка мне так и не удалось.

— Твоя помощь… здесь, в Забивалово. — Эти слова были последними перед тем, как звонок оборвался.

Я недоумённо взглянула сначала на экран мобильного, а затем на часы, стоящие на тумбочке. Судя по тону Кристины и времени, в которое она решила позвонить мне — а именно, 3:11, — произошло что-то действительно жуткое.

В последний раз мы с Кристиной общались по видеосвязи прошлой осенью. На тот момент она собиралась выйти замуж за своего возлюбленного Жан-Пьера, который обеспечивал её деньгами, брендовой одеждой и всеми необходимыми косметологическими процедурами. Она всегда была крайне сообразительной и не менее привлекательной девушкой, поэтому никто не удивился, когда та заявила, что переезжает.

Кристина навещала меня всего два раза — года четыре назад и полтора, когда и привезла ту злосчастную банку кофе, на которую я не так давно стыдливо засматривалась. Как она могла оказаться в сельской глубинке — загадка.

Отложив телефон в сторону, я раскинулась на кровати и посмотрела в потолок, пытаясь как можно быстрее пробудить сознание ото сна и принять взвешенное решение.

Оставлять её там одну было самым худшим вариантом, но и ехать в неизвестность — достаточно опрометчиво. Особенно учитывая то, что из деталей адреса у меня лишь название деревни. Мой автомобиль был отправлен на ремонт некоторое время назад, что в разы осложняло ситуацию.