Книга Проклятые чувства, страница 19 – Марина Серова

Я отметила, что единственная камера в подъезде первого этажа охватывает только входную дверь и длинный коридор с цветами, идущий от этой самой двери. Зону лифта камера не захватывала. Евдокия Михайловна вернулась на свой пост в двадцать три пятнадцать. В руках у нее были небольшой сверток, завернутый в фольгу, и маленькая книга.

Я сделала для себя некоторые пометки в блокноте. Затем мы внимательно посмотрели запись, охватывающую периметр дома. Михаил сразу переключил на нужное время и акцентировал мое внимание на мужчине в темной одежде, который, как показало время на камере, в двадцать три ноль восемь спокойно открыл дверь подсобного технического помещения сбоку дома и скрылся в его недрах.

— А когда этот мужчина покинул дом? — спросила я.

— Выяснил, — гордо ответил начинающий следопыт. — В три часа ночи. Вот, смотрите… — он перемотал запись на нужное время, и я отчетливо увидела, как тот же мужчина через ту же дверь спокойно вышел, закрыл ее и не спеша удалился.

— Кто этот человек, выяснили?

— Пока еще нет, но… Сделал запрос в управляющую компанию, пришел ответ с полным списком всех работников, обслуживающих дом, точнее, весь ЖК. Слесари, электрики и тому подобные… В общем, все те, у кого может быть ключ от подобных дверей.

— Мне нужен будет этот список, — попросила я.

— Да, конечно.

Время близилось к вечеру, я решила, что до восьми часов можно сделать основательный перерыв и пойти где-нибудь перекусить. Зайдя в одно из моих любимых кафе, расположенных на центральном пешеходном проспекте, я заказала себе шашлык из курицы, овощной салат, чашечку кофе по-венски и парочку эклеров. Да-да, а вы как думали, при моей деятельности тратится очень много энергии и не всегда угадаешь, когда удастся принять пищу в следующий раз, поэтому я позволяю себе употребить лишнюю порцию калорий.

Наевшись и почувствовав себя бодрой и полной энергии, я откинулась на спинку удобного дивана и призадумалась. Время было половина восьмого, в принципе, можно снова отправляться по тому адресу, где я сегодня уже была. Надо было пообщаться с другой консьержкой.

Я открыла свой блокнот. Зоя Ивановна и Мария Петровна. Первая, как я выяснила, проживает в этом же доме и спускается на рабочее место, когда наступает ее дежурство. Очень удобно, ничего не скажешь.

Какая из этих женщин сегодня будет на смене — неизвестно. Лучше бы на рабочем месте оказалась Мария Петровна, с Зоей Ивановной я смогу и так пообщаться, поднявшись к ней в квартиру.

Мне повезло — на рабочем месте консьержа бдела Мария Петровна. В отличие от интеллигентной и вежливой Евдокии Михайловны, эта женщина оказалась довольно шумной, громогласной и, я бы сказала, бесцеремонной.

— А-а!.. Из полиции! Ну проходите, госпожа полицейская. — Я вошла и уже без приглашения села на диван, на котором восседала несколько часов назад. — Вы по поводу того бедолаги, которого убили в его же собственный квартире? Вот бедняга, дожить до пенсии и вместо того, чтобы спокойно прожить старость и умереть, как все нормальные люди, получить удар по голове. А чего вы хотите от меня-то? Я в тот день, точнее, ночь, не работала. А с Евдокией, как я поняла, уже разговаривали.

— Мы опрашиваем всех консьержей, кто здесь работает, — пояснила я. — Вы же не первый день здесь сидите, наверняка знаете многих жильцов, может, вы в курсе, с кем общался убитый Лазарев Николай, или, может, вам известно, кто приходил к нему в квартиру?