Книга Принеси меня в жертву, страница 10 – Марина Серова

Выпито было немало, но люди слишком устали от проблем, чтобы терять счет поднятым за новое счастье бокалам. Многие пришли на корпоратив прямо с дежурства и были просто счастливы отдохнуть. Кто-то вообще предпочитал спиртному газировку.

Гарик Папазян, подполковник Кирьянов и недавно перешедший в наш отдел полиции капитан Василий Шумский почти весь вечер кучковались около приоткрытого окна.

Зима в тот год выдалась теплая, на улице было влажно, а в помещении жарко, и поток свежего воздуха был очень кстати. Начальство, давно покинувшее банкет, и думать о нас забыло. Но мы и без него не скучали.

Весь вечер я провела в женской компании и только сейчас вспомнила о «своих».

Подошла к окну и достала сигарету.

— Не боишься, что кто-нибудь стуканет? — поинтересовался Шумский. — Разве в конференц-зале можно курить?

— А ты прикрой, — посоветовала я.

— Может, по домам? — зевнул Гарик.

— Шутишь? — удивился Шумский. — Там, где я работал раньше, веселее праздники отмечали. Без обид.

— Какие обиды? — ответил на это Кирьянов. — И мы в свое время жизни радовались, а потом наверху гайки закрутили. Тань, помнишь, ребята из ГИБДД что устроили?

Я поперхнулась дымом.

— Это когда они в Снегурочек нарядились?

Шумский замер со счастливым выражением лица, представив, видимо, масштаб трагедии.

— Их было шесть человек, — пояснил Папазян. — И все в одинаковых костюмах.

— И с усами, — добавил Кирьянов. — Прикинь, Вася: вплывают один за другим, юбка у каждого в пол, а на голове гнездо из мишуры. Ох, как же мы ржали.

— Откуда они взяли эти наряды? — не понял Шумский.

— Скрутили из старых стенгазет, — с серьезным лицом объяснил Кирьянов. — Платья колом стояли.

Шумский прыснул.

В конференц-зале становилось все меньше людей. Секретарши отделов принялись собирать со стола пустые коробки из-под пиццы и смятые пластиковые стаканчики.

— Помощь не нужна, девушки? — спросила я.

— Не-а, сами справимся.

Кирьянов задумчиво покрутил в руках мобильник.

— Жена сейчас дома принимает подругу с детьми. Если сложить двух моих с тремя пацанами, которые пришли в гости, то мне уже становится плохо.

Он прищурился и внимательно осмотрел каждого из нас.

— Наверху в моем кабинете стоит сейф, — загадочно начал он.

— Серьезно?! — схватился за сердце Папазян. — Никогда не видел ни одного сейфа. Шумский, а ты когда-нибудь сейф вживую видел?

— Ты что, откуда? — на полном серьезе кивнул Шумский. — А можно посмотреть? Ну, пожалуйста. Ну, хотя бы издалека.

— Пожалуй, что-нибудь придумаем, — без тени улыбки ответил им Кирьянов. — Вам бы в театр, а не в полицию. А тебе, Гарик, особенно. Сейфа он не видел.

Шумский не скрывал своей радости от общения с новыми коллегами. Он радостно потирал руки в предвкушении. Ну, еще бы, сам начальник в теме. Поэтому прикалываться насчет сейфа продолжали до самого кабинета Кирьянова.

Киря не просто так упомянул о сейфе. Именно в нем пряталась бутылка коньяка, преподнесенная ему всем нашим коллективом на день рождения. Малопьющий Кирьянов мог хранить ее годами, потому что наверняка почти сразу же забыл о подарке. Но мы-то знали всю правду. Поскольку коньяк был дорогим, то принимался малыми дозами исключительно дорогими гостями и в исключительно особенных случаях. Обмыть чьи-то погоны или отметить рождение ребенка было святым делом.