Книга Принеси меня в жертву, страница 30 – Марина Серова

Я заметила в ее руке зажигалку. Отлично, вот и компания.

Отодвинув стул, я поднялась на ноги и собралась было догнать красотку, но почувствовала на запястье крепкую хватку.

Антон Саранский задерживал меня, но ничего при этом не объяснял.

— Отпустите, — приказала я, решив, что он попросту перебрал спиртного и выбрал меня в качестве спутницы жизни. Теперь начнет властвовать и решать, что мне нужно делать.

Но я ошиблась. Антон тут же разжал пальцы и вскинул голову.

— Ох, ты ж, ёкарный бабай, — изумленно пробормотал он. — А я думал, что это Наташка.

— Нет, не она.

— Только что подходила. Ушла уже, что ли?

— Ушла.

— Вот черт, — продолжал сокрушаться Саранский. — А я краем глаза видел, что она стоит, но спутал вас.

И он вдруг расхохотался. Самое интересное, что я тоже не смогла сдержаться. Наверное, вино было крепче, чем я ожидала.

Происшествие окончилось тем, что покурить я пошла с Антоном.

— Под пивко могу себе позволить, но в трезвой жизни не увлекаюсь, — объяснил он. — Угостишь сигаретой?

— Угощу. Только вот не знаю, можно ли дымить на участке.

— Только за воротами.

Мы вышли из-под тента и побрели прочь. Именно побрели, потому что после яркого освещения глаза с трудом различали дорогу. Вдоль тропинки стояли декоративные светильники, но их высота едва ли достигала полуметра, поэтому я сильно напрягала зрение, чтобы всмотреться в даль.

Тропинка шла мимо дома. Прямо под окнами на газоне виднелись разбросанные игрушки. Окна на этой стороне дома были закрыты и ярко освещены.

Миновав припаркованные машины, мы подошли к воротам, и из дома тотчас показался Егор Николаевич. Стало быть, присматривал за двором. Может, пил чай, сидя у окошка.

Увидел нас и вышел встречать. Антон пожал ему руку. Сторож окинул нас вопросительным взглядом.

— Дымить собрались? А если ворота не открою?

— Не бренчи, Николаич, — добродушно прогудел Саранский.

Сторожу оставалось только вздохнуть.

Мы вышли за ворота и отошли от них метров на десять.

Я протянула Антону сигарету.

— Впервые оказалась в доме, где курят только за забором, — призналась я. — Слышала, что есть такие строгие хозяева, но лично незнакома. Чувствую себя изгоем.

— Ты и есть изгой, — заявил Антон.

— Спасибо за теплые слова, дорогой товарищ.

Саранский подавил смешок.

— Потому что я тебя здесь никогда раньше не видел, — объяснил он. — Абы кого Шумские в дом не приглашают, вон она какая здесь нарисовалась.

— Хотела уехать, но Вася попросил остаться.

— Доброй души человек, — загадочным тоном произнес Саранский. — Не всегда таким был, правда.

«Я знаю, каким он был», — чуть было не вырвалось у меня.

— Но ты, наверное, в курсе, — продолжил Антон. — Или нет?

— Не понимаю, о чем ты, — ответила я.

— Но вы же некогда работали вместе, — возразил Саранский. — Ты должна помнить.

— Не помню. И не понимаю, — твердо повторила я, давая Антону понять, что не хочу обсуждать Василия, которого знала очень мало и очень плохо.

Но его друг пытался вытащить из меня какие-то откровения и делал это очень топорно.

— Послушай, Антон, — произнесла я. — Ну нет у меня желания перемывать Васе кости.

— А я и не хотел, — возмутился он. — С чего ты взяла? Может, тебе так показалось, но я бы не стал. Просто ты…

Он на мгновение запнулся.

— …Вроде бы девчонка адекватная. Смотрю на тебя весь вечер, а ты и не заметила.