Книга Эхо далекого прошлого, страница 25 – Марина Серова

— Ну, может быть, шрам на лице, или родинка, или еще что-то, – пояснила я.

— Шрам… Кажется, да. Был такой небольшой рубец через правую щеку. Точно! Я вспомнила, даже такое выражение есть: «Шрамы украшают мужчину». И, к слову сказать, этот мужчина был довольно симпатичный. В смысле, именно своей мужественностью, именно этим шрамом.

— А он был молодой? – спросила я.

— Да, пожалуй. Чуть постарше Иллариона. Но знаете, что мне показалось, Татьяна Александровна? Странно, что Лиза водит знакомство с такими мужчинами. Он ведь совершенно не ее поля ягода, что называется.

— А в чем это проявлялось? – поинтересовалась я.

— Ну, я бы приняла его за сантехника или кого-то еще в этом роде. За простого рабочего, например. Нет, вы не подумайте, что я сноб. Ничего такого. Просто Лиза вся из себя такая рафинированная. Что у нее может быть общего с таким мужчиной? Одет он был… ну, не сказать, что неопрятно, но как-то бедновато.

— А как они себя вели? Может быть, они ругались? – предположила я, помня о характере Елизаветы.

— Нет, нисколько. Все было тихо. Я выходила из своей квартиры, они входили. Вот и все.

— Ладно. Спасибо вам, Олимпиада Константиновна. Вот вам моя визитка, если что-то еще вспомните, позвоните мне, пожалуйста, – попросила я.

— Непременно позвоню, Татьяна Александровна, – пообещала соседка Александровских.

Я вышла из ее квартиры. Консьержа в этом доме нет, а жаль. Пенсионерки, обычно занимающие такие должности, представляют собой неплохой источник информации. Зато есть лифтер, он же – электрик, он же – диспетчер и человек, отвечающий за камеры. И в лифте обнаружился номер телефона этой многогранной личности. Но меня постигла временная неудача: камера расположена только на первом этаже, и все записи с нее изъяла полиция. У меня все больше вопросов к Кирьянову. Только позвоню сначала. А уж потом стоит посетить мать Елизаветы Александровской, побывать в контрольно-ревизионном управлении. Да и ресторан «Синий краб» явно ожидает моего визита – с кем же Лиза была там за несколько дней до убийства? Кстати, не забыть проверить алиби Иллариона, навестить его девушку. Но сначала – Кирьянов! У меня есть улики, которые могут оказаться важными. Позвоню-ка я, пожалуй, сейчас Кирьянову. Я набрала знакомый номер.

— Алло, – сказала я.

— Я вас слушаю, – отозвался мужской голос, и это опять был не Кирьянов.

— Скажите, Владимир Сергеевич еще на совещании? – спросила я.

— Нет, совещание уже закончилось, но Владимир Сергеевич поехал на вызов, – сообщил мужчина.

— Я перезвоню позже, – сказала я и нажала на отбой.

Да что же мне так сегодня не везет на Кирю? Никак не могу с ним поговорить. Ладно, еще не вечер. Я вынула из сумочки листок, который мне дал Владислав Черноземельников, и начала просматривать адреса, которые я попросила у него. Самый ближний от того места, где я сейчас находилась, был адрес, по которому проживала Виктория Красильникова, девушка Иллариона Александровского.

Пока я ехала к любовнице Иллариона, я размышляла на тему, была ли эта девушка Виктория в курсе дел Александровского? Виктория является любовницей супруга убитой Елизаветы. Подозрение в причастности к убийству с коммерческого директора «Фокуса» не снято. Если все же Елизавету убил он, то Красильникова могла знать о том, что ее любовник планировал убийство своей супруги. Но возможна и обратная ситуация: Виктория ничего не знала. То есть она не знала о том, что Илларион – подозреваемый номер один, а также не имела понятия о том, что Елизавета убита.