Книга Чужая вина, страница 77 – Марина Серова

— Да, попадала, — кивнула Бражникова. — Это было шесть лет назад. Алена Рахимова оказалась проблемным подростком.

— А в чем это выражалось?

— Тогда развелись ее родители. Девочка не желала это принимать. Она убегала несколько раз из дома. Полиция ловила ее то на вокзале, то на улицах города. Я тогда неоднократно беседовала с Аленой, убеждала ее, что все не так страшно, как ей кажется, что в других семьях ситуации гораздо хуже. Но она категорически не хотела внимать мои доводам, повышала голос, кричала, что родители ее не любят и она им не нужна, устраивала истерики. Думала, что таким поведением и поступками она сможет исправить ситуацию. Словом, я не смогла тогда убедить девочку, хотя понимала, что она очень переживает, и мне хотелось ей помочь.

— А Аня, между прочим, — вмешался Киря, — превосходный специалист в своем деле. Вся малолетняя шантрапа ее уважает.

— Ладно тебе, Володь, — улыбнулась женщина. — Я просто делаю свою работу.

— Наверно, вы ее делаете хорошо и очень любите, — я улыбнулась в ответ.

— Да, это так. Но что касается Алены, мне тогда пришлось с ней помучиться. Она даже попала на учет.

— Из-за чего?

— Избила младшую сестру.

А вот это уже интересно. И теперь стало понятным, почему Ирина Евгеньевна не стала мне рассказывать о взаимоотношениях сестер. Не каждый может о подобном поведать незнакомому человеку. Да и к тому же, когда она пришла насчет Алены, поводов беспокойства за Карину, вероятно, не было.

— Сильно?

— Да. Девочка, Карина, кажется, попала тогда в больницу с синяками, ссадинами и переломами. Родителей не стали привлекать к ответственности, Алену тоже не отдали под суд. Тогда мне удалось убедить ее взять себя в руки и прекратить мучить себя и других.

— А почему так случилось?

Аня вздохнула.

— Алена сказала, что ненавидит сестру. И всю жизнь ненавидела. Я первый раз с таким столкнулась. Я все понимаю, между братьями и сестрами бывают недоразумения, даже стычки и драки, но чтобы такая ненависть… — Аня покачала головой. — Девочка даже считала сестру причиной развода родителей. Собственно, из-за этого она ее и избила.

«Неужели все-таки я оказалась права и сестрица Аленушка приложила руку к трагедии? Даже родную сестру пустила под нож».

— Скажите, Аня, а у Алены тогда не было никаких сомнительных друзей или знакомых? С криминальным прошлым или связанных с криминальной средой.

Инспектор слегка призадумалась.

— Точно нет. Не буду скрывать, я допускала мысль о наличии таких знакомых у Алены, но, как выяснилось, с подобными личностями она не то что не дружила, а даже знакомство не водила. Даже когда девочка убегала из дома, ее всегда находили одну. Без всяких знакомых или компаний.

— А чисто теоретически могли бы такие знакомые или друзья быть у Алены?

— Чисто теоретически возможно все. Тем более что все это случилось шесть лет назад, а сейчас Алена уже взрослая девушка. Вы ведь понимаете, что преступники не всегда могут выглядеть как отбросы общества.

Логично. Эта Аня прямо прочитала мои недавние мысли.

— Скажите, а родители тогда не водили Алену к психологу?

— Да, мать приглашала. Но девочка тогда не захотела с ним общаться. Устроила матери очередную истерику, что та хочет сделать из нее психа и отправить в сумасшедший дом.

— Неужели родители не видели психологических проблем у дочери? Даже будучи на грани развода.