Книга Танец со смертью, страница 30 – Марина Серова

Вероника Георгиевна замолчала.

— Подскажите, пожалуйста, во сколько именно пришло сообщение.

— Я в полиции рассказывала, – откликнулась Вероника Георгиевна. – СМС пришло в двенадцать ноль пять ночи. Так, значит, о судьбе Кати ничего не известно? Так, Татьяна Александровна? – еще раз спросила Стародубкина.

— Пока неизвестно, но полиция и я собираем всю возможную информацию для того, чтобы выяснить, кто убил Кристину Владимировну Веретенникову и куда делась ее приемная дочь, – сказала я. – Поскольку вы, Вероника Георгиевна, были воспитателем Екатерины и, судя по всему, девушка вам доверяла – ведь эту эсэмэску с просьбой о помощи она прислала именно вам, – то у меня к вам просьба. Расскажите все, что вы знаете об этой девушке. О ее характере, привычках, с кем она дружила, какие отношения у нее были с ребятами в детском доме. В общем, все. Любая мелочь может пригодиться.

— Катя – особенная девушка, – начала Вероника Георгиевна. – Я имею в виду ее судьбу. Хотя почти все наши воспитанники – дети с непростой судьбой. Но Катюша потеряла всех своих родственников за непродолжительное время. Практически – одного за другим. Сначала в страшном дорожно-транспортном происшествии погибли ее родители. Тогда старшая сестра отца Кати оформила над девочкой опеку. Но спустя всего пару лет и тетя Катюши скончалась. Так она попала в наш детский дом.

— Насколько я поняла, Екатерина ведь росла в семье и была, что называется, домашним ребенком. Наверное, ей нелегко было приноравливаться к суровым условиям детского дома? – спросила я.

— Да, это так, – кивнула Вероника Георгиевна. – Но Катя проявила себя таким «стойким оловянным солдатиком». Когда дети поначалу не приняли ее в свой коллектив и даже начали ее третировать, она не стала на них жаловаться.

— Неужели она молча все терпела и не давала отпор? – удивилась я.

— Вначале все так и было. Дело в том, что Катюша по характеру была мягкой. В ней не было озлобленности, как это бывает с детдомовскими ребятишками. Она всегда говорила то, что думает, никогда не врала. Если она не хотела разговаривать, то просто молчала. И никакими усилиями разговорить ее было невозможно, – сказала Стародубкина.

— Екатерина долго прожила в детском доме до тех пор, пока ее не удочерили Веретенниковы? – спросила я.

— Катюша поступила к нам, когда ей исполнилось девять лет. А Веретенниковы удочерили ее через три года, – ответила воспитательница.

— А как Веретенниковы познакомились с Екатериной? Они, что же, специально приехали к вам, чтобы выбрать себе приемного ребенка? – задала я следующий вопрос.

— Не совсем так, Татьяна Александровна. Видите ли, Кристина Владимировна часто приезжала к нам в детский дом с концертами. Она ведь в прошлом была ведущей балериной в нашем оперном театре. А затем стала преподавать в колледже искусств на отделении хореографии. Учащиеся этого отделения готовили концерты и выступали перед нашими ребятами. А Кристина Владимировна сопровождала эти выездные выступления. Катя была в числе зрителей на этих концертах. Так они и познакомились. Потом Кристина Владимировна уже целенаправленно приходила конкретно к Катюше, а затем к ней присоединился ее супруг Василий Юрьевич, тоже известный человек – главный дирижер театра. Супруги часто приезжали к Кате, разговаривали с ней, ходили гулять все втроем. Потом они стали приглашать девочку к себе в загородный дом, там она бывала в основном на выходных. Я думаю, что они постепенно пришли к решению об удочерении Катюши, – сказала Вероника Георгиевна.