Книга Забытые грехи юности, страница 35 – Марина Серова

— Давайте я войду первой, Вероника Алексеевна, — сказала я.

— Хорошо, делайте, как считаете нужным, — согласилась женщина.

— У вас однокомнатная квартира, Вероника Алексеевна? — спросила я.

— Да, одна комната, — ответила пенсионерка.

Я вошла в узкую прихожую, щелкнула выключателем и осторожно двинулась дальше. Небольшая комната была пуста.

— Саша с тех пор здесь так и не появлялся, — заметила хозяйка, войдя в комнату следом за мной. — Куда же он мог деться? Вот и вещи его лежат…

— Мне необходимо все здесь тщательно осмотреть, Вероника Алексеевна, — предупредила я.

Пенсионерка кивнула:

— Да осматривайте, конечно. Раз надо, значит, надо.

Первым делом я обратила внимание на отсутствие компьютера — письменный стол, находившийся перед окном, был пуст. Стало быть, установить подлинную личность молодого человека, выдававшего себя за Александра Иванникова, не представлялось возможным. Впрочем, вполне возможно, что у парня имелся планшетник, который он носил с собой, поэтому стационарный компьютер ему был без надобности. Мобильного телефона в комнате тоже не было. Но это объяснялось тем, что Александр унес его с собой. Никаких следов борьбы, а также беспорядка я не заметила. Получается, что, удачно провернув операцию по краже денег из сейфа в кабинете Константина Загребенникова, лже-Александр покинул съемную квартиру и исчез в неизвестном направлении. Однако Вероника Алексеевна сказала, что свои вещи ее квартиросъемщик с собой не взял. По какой же причине?

Я подошла к шкафу, стоявшему в углу комнаты, и открыла дверцы. На вешалках висели два пиджака, куртка, ветровка, толстовка. На полках лежали аккуратно сложенные джинсы и несколько футболок.

— А нижнее белье у Саши хранилось в комоде, — подала голос Вероника Алексеевна, — там же лежит и постельное белье: пододеяльники, простыни и наволочки.

Я начала поочередно открывать ящики комода. Да, все так, как и сказала хозяйка квартиры. В двух верхних ящиках лежали носки, майки и боксеры, а в двух нижних — постельные принадлежности.

— Ну, этот сервант — сугубо мой, — сказала Вероника Алексеевна, когда я перешла к образцу мебели прошлого века, кстати, очень хорошо сохранившемуся. — Здесь я храню посуду, которая досталась мне от бабушки. Сервант тоже бабушкин.

В комнате находился диван-раскладушка тоже советских времен. Поскольку никакого другого спального места в комнате не было, стало быть, спал Александр Иванников на диване.

— Саша не возражал против дивана, он его устраивал даже в сложенном виде, хотя я предлагала ему разложить его для удобства, — заметила пенсионерка.

Осмотрев комнату, я отправилась на кухню. В шкафчиках кухонного гарнитура я обнаружила пару пачек растворимого кофе, одна из них была распакована. Рядом сиротливо притулилась упаковка вермишели быстрого приготовления и большая коробка с биг-ланчем. Похоже, что Александр Иванников питается продуктами, не требующими особо сложного приготовления. Об этом свидетельствовали также и обертки от расфасованных сыра и пельменей, которые я обнаружила в мусорном ведре.

Осталось осмотреть санузел. В нем я тоже не нашла ничего, что бы заслуживало внимания. Над умывальником на полочке стоял стакан, рядом лежали зубная щетка, тюбик с зубной пастой и мужской дезодорант.