Книга Забытые грехи юности, страница 87 – Марина Серова

— К сожалению, я не смогу, Константин Александрович. Я вам позвоню, когда будет известно что-то определенное, — сказала я.

— Я буду ждать вашего звонка, Татьяна Александровна, — кивнул бизнесмен. — Вот и Лиза не сможет прийти, она улетает в Тюмень. К сожалению, не смогу тебя отвезти, Лиза. Ты уж извини.

— Ну что ты, дядя Костя. Я все понимаю. Ничего, доберусь на такси, — ответила Елизавета.

— Елизавета, а когда у вас рейс? — спросила я племянницу Загребенникова.

— Через два часа, — ответила девушка.

— Извините, Елизавета, — начала я, — но так уж получается, что мне необходима ваша помощь.

— Да? — Девушка с удивлением посмотрела на меня.

— Да, в деле поимки убийцы Анастасии, вашей сестры.

— Но я не понимаю, чем я смогу вам помочь… И потом, у меня же самолет, дела в Тюмени.

Елизавета с сомнением покачала головой.

— Ну вот. Я занимаюсь поисками убийцы Анастасии, ваш дядя уже об этом говорил. Думаю, что вы могли бы мне в этом помочь. Поэтому я попрошу вас поехать со мной. Я долго вас не задержу. До отлета вашего самолета мы как раз успеем поговорить.

Я специально не стала говорить Елизавете, что собираюсь отвезти ее в управление полиции. Я уже увидела машину Кирьянова. Молодец, Киря, вовремя приехал. Подстрахует, если что.

— Ну что же, если я смогу помочь, то я готова, — сказала Елизавета, немного замешкавшись.

Мы сели в мою машину, я завела мотор, и мы поехали. Кирьянов последовал за нами.

Мы приехали в управление полиции, и я провела Елизавету к кабинету Владимира. Он уже был открыт, а Кирьянов сидел за своим столом.

— Вот, знакомьтесь, Владимир Сергеевич, — представила я Кирьянова. — Не возражаете, Владимир Сергеевич, если мы побеседуем в вашем кабинете? Это — двоюродная сестра Анастасии Загребенниковой, Елизавета Маркушкина.

— Троюродная сестра, если уж быть точной, — поправила меня Елизавета, — потому что моя мать и дядя Костя — двоюродные брат и сестра.

— Ну хорошо. Но давайте не будем терять времени даром, — предложила я. — Скажите, Елизавета, как давно вы разговаривали с Анастасией? — спросила я.

Девушка наморщила лоб:

— Кажется… месяц назад примерно… точнее не могу сказать.

— А Анастасия говорила вам, что у нее возникли какие-то трудности? — задала я следующий вопрос. — Ведь Константин Александрович говорил, что Анастасия делилась с вами своими проблемами.

Елизавета удивленно посмотрела на меня:

— Своими проблемами? А какие, собственно, у нее были такие особенные проблемы? Жила как у Христа за пазухой, не работала, дядя Костя выполнял все ее прихоти.

Эта фраза прозвучала как-то особенно резко и неприязненно. Видимо, Елизавета это поняла и поспешила исправить свою оплошность:

— Нет, Настя не жаловалась, ни о чем таком из ряда вон выходящем не говорила. Все у нее было хорошо, ночные клубы, развлечения, друзья, веселые компании.

— Понятно. А о своих сердечных делах Анастасия вам рассказывала? — спросила я. — Ну, ведь девушки делятся друг с другом такими подробностями.

— Ну жениха у Насти вроде бы не было, насколько я знаю. А просто ухажеры… ну были, конечно.

— Скажите, а Анастасия когда-нибудь в ваших разговорах называла такое имя — Григорий Солодовников?

— Может быть, и называла. Вообще-то она много мужских имен называла, — усмехнулась Елизавета. — Всех и не упомнишь. Я же говорю, что у Насти очень насыщенная жизнь. Была.