Книга Пустота приходит не сразу, страница 44 – Евгения Горская

Она остановилась недалеко от Садового, свернув в переулок. Ее ждал мужчина с небольшой собакой на поводке. Виктора Владимировича Ковалева Павел узнал сразу, хотя лицо мужчины в полутемном переулке разглядеть было трудно.

Настя выскочила из машины, Ковалев быстро чмокнул ее то ли в лоб, то ли в щеку, девушка ухватила его за руку, и пара вошла в проход между домами. Хорошим психологом Павел не был, но даже ему стало ясно, что парочку связывают совсем не служебные отношения.

Бог знает, чего он ожидал, но только не этого.

Павел мог поклясться, что Ковалев живет не в самых ближайших домах, где-нибудь в паре кварталов отсюда.

Он тоже когда-то встречался с Милой так, чтобы Кира его не заметила. Только у него не было собаки, и ему каждый раз приходилось выдумывать новые поводы отлучиться из дома.

Он вырывался из дома, Мила висла у него на шее, и он ощущал одновременно и радость, и страх, что Кира его увидит, и понимание, что все это ненормально и отвратительно.

Неожиданно ему все стало противно: и Настя, прижимающаяся к немолодому мужику, и Ковалев, украдкой целующий ее недалеко от собственного дома, и он сам, Павел, неизвестно за каким чертом гоняющийся по городу за девчонкой, которой сможет устроить допрос уже утром.

Павел объехал «Фольксваген» и снова свернул на Садовое.

* * *

— У меня к вам еще одна просьба, — подойдя к женщине, вздохнул Герман. — Но если это вас затруднит, не делайте, это не так уж важно. Обойдусь.

Сын шел на поправку, и она больше не смотрела на него с испугом.

— Можете проверить мобильный номер? — Он сел с ней рядом и покосился на книгу, которую она держала в руках. — Вернее, хозяйку этого номера. Вроде бы она давно умерла.

Женщина читала сборник стихов. Почему-то это его сильно удивило.

— Могу, — она кивнула и нерешительно улыбнулась.

Улыбка ее красила.

Герман протянул ей телефон с высветившимся на экране номером, она быстро переписала его в свой.

— Это не срочно и не так уж необходимо, — снова успокоил он.

— Я сделаю! — перебила она.

Она заглянула в ординаторскую часа через полтора, он думал, что она справится быстрее.

— Номер принадлежит Веронике Даниловне Вересаевой тысяча девятьсот сорок третьего года рождения.

Герман вместе с ней снова подошел к кушетке, дождался, пока усядется дама, и сел рядом.

— Как вас зовут? — запоздало спросил он.

— Екатерина.

— Спасибо, Екатерина, — поблагодарил он. — Что-нибудь еще об этой Веронике известно?

— Известно, — кивнула она. — Вероника Даниловна умерла прошлым летом.

Все это он уже знал. Едва ли Екатерина сообщит что-то новое.

— Поня-ятно, — протянул Герман.

Сидеть на кушетке было неудобно, он попытался прислониться спиной к стене, но стена была слишком далеко.

— Это как-то связано с убийством вашего соседа?

— Да, — кивнул Герман. — Он звонил по этому номеру перед убийством.

— Хотите, свяжу вас со следователем?

Она очень хотела ему помочь.

— Пока не надо, — отказался Герман.

Едва ли следователю нужны его подсказки.

— Вероника Даниловна родилась в Рязанской области. Последнее место регистрации… — она назвала адрес, который ни о чем Герману не говорил.

— Спасибо.

— Я больше не буду приходить на целый день, — помолчав, вздохнула Екатерина.

— Правильно, — похвалил он. — В этом никакой необходимости нет.