Книга Пустота приходит не сразу, страница 65 – Евгения Горская

Проскурин думал, глядя на серую мглу за окном. Мгла накатила внезапно — когда Павел сюда ехал, светило солнце.

То, что пришло Павлу в голову, высказать он не решился. Даже все понимающий Борис решит, что он свихнулся.

Сказал только:

— Кто-то хочет, чтобы подозревали меня.

— Вряд ли, — как Павел и ожидал, не согласился Борис. — Это уж слишком притянуто за уши! Ты бы не стал убивать, чтобы перечислить деньги на личный счет. Это всем ясно. Тот, кто это затеял, боится, что ты его вычислишь, отследишь перевод. Вот и собирается тебя нейтрализовать. Ты собираешься ехать в банк?

— Конечно!

— Этого он и боится. — Борис помолчал. — Боится, что ты его отследишь. Кто знал реквизиты личного счета?

Павел потянулся, достал из брошенной на соседний стул куртки бумажник, открыл, показал Борису.

— Вот она, банковская карточка. — Он сунул бумажник назад в карман куртки. — Перевод можно сделать по номеру карты. Бумажник в куртке, куртка целый день в незапертом кабинете.

— Кто вообще знал про личный счет?

— Мы трое: я, Константин и Майя. Я еще до санкций иногда деньги на него со счета фирмы переводил, раздавал в конвертах. Счета российских фирм банки дотошно проверяют, разработка софта дело такое… Под двойное назначение можно попасть, и доступ к счету закроют. А личными деньгами пока еще можно спокойно пользоваться. — Павел подумал и решил: — Этот ублюдок мог искать в моих бумагах копию договора с банком. С номером счета удобнее работать, чем с номером карты. Договор он не нашел, договор лежит у меня дома. Нашел ключи от машины и прихватил.

Зазвонил телефон, Павел снова потянулся к куртке. Звонила Мила.

— Ты еще в офисе? — голос у нее тревожно дрожал.

— Пока здесь. Все нормально, не беспокойся. Я скоро приеду.

Ушибленное плечо болело, не давало руке нормально двигаться. Павел задвинул ящики стола коленом.

— Павел! Я боюсь!

— Все нормально! Я скоро приеду.

Павел положил телефон на стол.

— Жена, — объяснил Проскурину.

— Езжай! Она волнуется. — Борис поднялся, помедлил. — Кто мог отключить камеры?

— Любой, у кого есть мозги. Лучше, конечно, иметь контакты со службой охраны, но и без них можно справиться. Это не ментовские камеры, внутренние. К их сети подключиться плевое дело. Для нормального программиста, конечно, не для новичка.

Борис надел куртку.

— Ты поосторожнее, Павел. Постарайся в одиночку поменьше болтаться. Если понадоблюсь, звони.

Он тяжело пошел к двери.

Еще про его личный счет знал Ковалев, запоздало вспомнил Павел. Ковалев и посоветовал ему иметь два счета. Если оперировать небольшими суммами, налоговая никогда их не отследит.

Больная рука мешала одеться. В самом деле, что ли, в травмопункт съездить?

Ему сильно повезло, что рядом оказался Борис Проскурин. Один Павел совсем бы свихнулся.

Дверь в кабинет Майи оказалась запертой. Бухгалтер отсидела недоработанные полтора часа и имеет право смотреть фильм с чувством выполненного долга.

Машин прибавилось, до дома он добирался дольше, чем утром до офиса.

В машине он немного посидел перед тем, как пойти домой.

Нестерпимо хотелось позвонить Кире. Он понимал, что звонок ничего не даст. Это когда-то давно она умела разделять его радости и его беды.

Впрочем, особых бед у него тогда не было.

Он не позвонил, конечно. Она уже давно не была его Кирой. Она была чужой женой, и ей больше нет дела до Павла.