Книга Белая стрекоза и три папы, страница 77 – Янина Корбут

— А если он, убийца, псих? — предположила мамуля. — Маньяк? И выбор жертвы вообще был случаен?

— Тогда, по твоим же словам, маньяк не успокоится, пока всех не замочит. Ходи теперь и бойся.

Славик отмахнулся:

— В этом тоже есть плюс: последний оставшийся в живых и будет убийцей. Чего голову зря ломать? Даже у безумия есть своя безумная логика.

— Сомнительное утешение, если к тому времени ты сам будешь висеть на яблоне, — хмыкнула мамуля, наливая кошаку Славика молока в блюдце.

— Чего это я на яблоне? — возмутился он.

— Ну, это я так, к примеру. Кыс-кыс, блохастый, иди в прихожую, да гляди, не пометь нам диваны!

— Он… Мы так говорим, словно уверены, что это мужчина. При этом какое-никакое алиби есть у всех.

— Если алиби есть у всех, значит, его нет ни у кого, — входя в кухню, заявил папа № 1. — Нужно понять, кому Соня могла перейти дорогу.

Мы немного подумали вслух, а я погоревала, что не успела как следует наболтаться с подругой детства. Возможно, я узнала бы что-то важное о ее жизни. Что-то, что дало бы подсказку, в каком направлении нам искать преступника.

— Все это попахивает психушкой, — злилась я на обратном пути. — Одно я знаю точно. Мы все пытаемся найти убийцу. Если мы узнаем, кто это сделал, я смогу убедиться в правдивости слов Дубровского.

— Тебе это важно?

— Я просто хотела бы снять его с крючка и хотя бы раз в жизни что-то исправить. Иногда мне кажется, что мы просто команда неудачников. К своим годам ничего толком не добилась…

— Но-но-но! Я про себя такого сказать не могу. Во-первых, у нас своя контора.

— Когда ты говоришь контора, я сразу вижу мужичка в котиковой шапке-ушанке, с кнопочным телефоном «Моторола» и тканевым портфельчиком.

— Ладно, фирма, агентство, — согласился Славик, сложил указательные пальцы, приставил их к подбородку и нахмурил лоб. — Но это еще не все. У меня есть секрет, которым я не делился даже с тобой.

— Может, и не надо? — робко уточнила я, но Славик явно настроился и не собирался сдавать позиции:

— Короче, я еще в выпускном классе изобрел пакеты для внутренностей дамских сумок, ну такие, знаешь, чтобы уносить домой закуски с застолья. Мы тогда первый раз поехали с мамой в Египет… Короче, я продаю эти выкройки на одном ловком сайте. Знаешь, у среднего класса, дорвавшегося до шведского стола, такие выкройки пользуются неизменным успехом. Так что теперь ты знаешь мою тайну. Бери, пользуйся!

— Ты невероятный… — пока я подбирала обидное слово, Славик воспринял мое обращение как законченную фразу и решил меня утешить:

— Ну, ты тоже не кори себя. Не воровка, не шалава… — Славик вдруг замер возле дерева, прошептав: — Тихо, не высовывайся. Там Артем.

Выглянув из-за дерева, я сначала увидела старуху то ли в пальто, то ли в толстенном махровом халате с запа́хом. С унылым видом она прошествовала через улицу и скрылась в доме. Зато теперь я тоже смогла увидеть Артема. Несмотря на регулярные возлияния, он довольно резво передвигался в сторону реки. И даже не сильно пошатывался, зато пару раз воровато оглянулся. Возможно, хотел побеседовать со следователем, но почему тогда выбрал тропинку, которая вела не к расчищенному причалу, а к заросшему кустами участку?

— Васятка говорил, что он дома пьянствует, — прошептала я, разом забыв, что только что собиралась убить приятеля за воровку и шалаву.