Книга Волчье логово божьих коровок, страница 105 – Маргарита Южина

— Зачем? — вытаращилась Дездемона.

— Ну вы, Дездемона Карповна, тормознутая! — не выдержал Жора. — Вам же парень — то этот, Сашка, он же объяснял уже!!

— Ну да, ну да… и надо же — запугать… Прямо в палату! А если б я на самом деле — сдвинулась?

— Тогда бы мы не меня идиотом выставляли, а вас! — радостно догадался Жора.

— Стоп, — прекратила Дездемона его восторг. — Но ведь… Я же могла не уснуть! Я ж тогда… только прикорнула, причем, по своей доброй воле! Но могла и не прикорнуть!

— Не могла, — опустила голову Вероника Георгиевна. — Я тебе в чашку столько снотворного сыпала… даже боялась, что ты раньше времени … не проснешься! А у тебя организм!..Точно бегемотиха, честное слово!

— Нет, я же еще и виновата! — выпучила глаза Дездемона, но потом уже серьезнее спросила. — Вероника Георгиевна, отсюда кроме этой двери они могут выбраться?

— Не… нет, — всхлипнула Веранда, уже утирая слезы. — Только через эту дверь. Больше никак.

— А санитары — они как выходят?

— Они только… они только по определенным дням… и в одно и то же время. Тогда всех больных усыпляют и … санитаров меняют.

— А еду как носят? — допытывалась Дездемона.

— Там в кухне есть люк, поднимается лифт, ставится еда и лифт опускается. Чтобы никто не смог проникнуть.

— М-да… серьезная система… — крякнула Дездемона. — То есть — никак? Это успокаивает…народу там много?

— Двенадцать человек… из них уже почти все… настоящие больные… — вздохнула Вероника Георгиевна.

— Хорошо, пойдемте отсюда, а то мне жутко, — поежилась Дездемона, и они стали подниматься.

— И за что же вас так, добрая женщина? — не мог справиться в сентиментальностью Жора.

— Да за что… надоела… — всхлипнула Веранда. — А отпускать меня нельзя, я ж много знаю. Я … я так и думала — закончу этой камерой. Боялась, но знала, что мое место здесь будет.

— А чего ж не бежала-то тогда?! — пожала плечами Дездемона. — Неужели из-за богатства?

— Да какое там богатство… — махнула рукой горничная. — Пойдемте, я вас хоть чаем напою…

— Ага! Опять какой-нибудь гадости намешаете! Я ж и впрямь — не бегемотиха какая, чтобы снотворное стаканами! — перепугалась Дездемона.

— Да сама и нальешь, — устало проговорила женщина. — Я тоже выпью… а то… чуть не умерла там… Хоть горло промочить…

— Ну… пойдемте, нам все равно утра ждать, — согласилась Дездемона, и Жора радостно потер ладошки, у него от всяких там переживаний жутко разыгрался аппетит.

— И все же — что вас тут держало? — снова прицепилась Дездемона к женщине.

— Сын у меня здесь… инвалид. Никак его бросить не могу. А Бодалов знает, держит его под замком…

— Погоди… — не поверила Дездемона. — Это Ленька — Инвалид? А не подумаешь! Такой прямо…ого!

— Да не Ленька… — устало вздохнула женщина. — Гена у меня есть, сыночек мой несчастный. У него… ножки не ходят, вот и держит его … гад этот!

— Ничего не понял… — морщил лоб Жора. — Гад, это Бодалов, да? Но… вы же его жена, да? А тогда получается… получается, что он родного сына держит, да? А где он его держит-то?

— Гена — на самом деле его родной сынок. Но… Бодалов стыдится мальчика. И забрать парнишку я не могу — ему нужны хорошие врачи, которых я не могу нанять, у меня нет денег. А так… конечно, мальчик не видит всего, что хотелось бы, но зато… зато ему поддерживают жизнь!