Книга Угостите даму кавалером, страница 76 – Маргарита Южина

— Это неправда! – закричала Алька, позабыв про все наставления Игоря Леонидовича.

— Ваша честь, там к делу приложены справки о нахождении Раскатовой Ирины Сергеевны в кардиологическом центре, – тут же вскочил обвинитель.

— Ваша честь, – холодно проговорил Игорь Леонидович. – Никем не доказано, что больная поступила туда из-за посещений Андреевой. Прошу бездоказательных обвинений моей подзащитной не предъявлять!

А Эрика старалась вовсю – скромно всхлипывала, беззащитно хлопала ресницами, тяжко вздыхала и умело орудовала платочком. Алька всерьез испугалась, что ей сейчас возьмут и поверят. Она бы обязательно поверила.

Потом приглашали свидетелей. Со стороны Эрики выступала неизвестная полная тетка, которая рассказала, что не однажды видела, как Алька приезжала к Ирине Сергеевне и даже нагло ставила свою машину во дворе старушки. Еще выступала какая-то намалеванная девица, утверждавшая, что училась с Андреевой в одной группе и сама лично видела, как та не давала проходу их инструктору. Алька ее не помнила, но девушка говорила довольно уверенно. Слушая ее, Алька чуть не провалилась под землю. Неужели ее чувства были так заметны? И когда только углядели, они ж общались с Раскатовым только в машине, а там какие свидетели?

Зато со стороны Альки выступил сам Максим.

— Андреева Алина Антоновна – моя ученица. Водила машину всегда отвратительно. И сейчас так же водит. Виноват, конечно, я сам, потому что не нашел к девчонке подхода, ругал, рычал... Поэтому никаких теплых чувств она ко мне и не думала испытывать. У нее одно желание было – поскорее перевестись к другому инструктору – к Аркадию Петровичу Гусеву.

— Прошу прощения, – вскочил Игорь Леонидович. – В деле есть высказывания Свечкиной Дины Викторовны. Она находится на санаторном лечении, поэтому не смогла присутствовать, но ее показания имеются. Свечкина работает секретарем в приемной директора автошколы и подтверждает, что Андреева в самом деле приходила к ней с просьбой перевести ее к инструктору Гусеву. Но у того уже не было свободных часов.

Алька даже охнула от удивления – а она и не знала, что секретарша, с которой у нее каждый раз происходили стычки, встанет на ее защиту. Она даже не знала, что она Свечкина!

Раскатов вдруг посмотрел на Альку, которая сидела на этой позорной скамье, и тихо произнес:

— Тебе от меня одни неприятности... Ты уж прости меня, девочка...

Эрика вскочила, хотела что-то сказать, но судья строго застучал молоточком:

— Свидетель, прошу обращаться непосредственно к судье! Вам больше нечего сказать, тогда садитесь.

Потом в Алькину защиту выступили два паренька из их группы и один серьезный дядька, их Алька помнила хорошо. Они в один голос утверждали, что ничего такого между инструктором и этой Андреевой не было, она и вообще с группой мало общалась, после занятий всегда торопилась домой, и даже когда им вручали права и вся группа собиралась, чтобы такое дело отметить, Андреева удрала самая первая, потому что за ней заехал какой-то дятел... простите, ваша честь, какой-то хмырь... простите... долдон.

И когда уже почти все свидетели были допрошены, а лоб судьи все еще был сурово нахмурен, Игорь Леонидович достал главный козырь. Прямо-таки козырный туз!

— Больше свидетелей не имеется? – спросил судья.