Книга Слесаря вызывали?, страница 54 – Маргарита Южина

— Он с собакой пошел к врачу, а я в его машине. Сижу, их жду.

— Да блин! – серьезно переживала Анька. – Ну вот точно – не к тебе он шел!

— А к тебе да? – ехидно усмехнулась Шурка.

— Ладно… сегодня позвони, расскажи, как сходили, ага?

— А вдруг ты уже спать будешь?

— Сдурела? Я теперь вообще уснуть не смогу! А завтра, наверное, на работу выйду!

— Ань, не дури. Ложись и спи, я тебе позвоню.

Дмитрий со щенком вернулись не быстро, но Шуре торопиться было некуда.

— Вот! – Дмитрий торжественно всучил девушке голубенькую книжечку. – Это паспорт. Познакомьтесь, теперь это не просто собака, а Эклер.

— Почему? – удивилась Шура. – Чуть ли не бисквит. Это же лабрадор, какой он Эклер?

— Ну… он такой весь… я люблю эклеры, – отчего-то засмущался Дмитрий. – А звучит красиво. И потом… если не понравится хозяину, то его ведь по-разному можно называть.

— Эклер? Вообще-то, красиво…необычно только, – тут же переменила мнение Шура. – А как у него со здоровьем?

— Все в норме. Грустит, правда, напуган, но вообще, малыш красавец.

— Вот и хорошо. Что, теперь к Бореньке?

Они приехали к Борису, и тот встретил их очень радушно. Возможно, если б не Дмитрий, радости было бы не так много – Шуру-то Борис видел ежедневно, но врач, который лично принес путевку сыну в санаторий был встречен бурно. Сразу же был предложен чай со всякими вкусностями, началось какое-то шевеление.

— Я вас продвинул по акции «Мать и дитя», – пояснял Дмитрий. – Вы, конечно, не мать, но …

— Ого, – увидела на столе пирожные Шура. – А Дмитрий как раз эклеры обожает! Он даже щенка так назвал.

— Вот и хорошо, – обрадовался Боренька. – Садитесь. Да… а вот по поводу щенка… Как же я его теперь возьму, если…А на сколько дней путевка?

— На двадцать один день, – подсказал Дмитрий. – И выезжать послезавтра надо. Я потому ее и вырвал, что она горящая. А Антону обязательно надо.

— Надо же… вот незадача, – вздохнул Борис. – И куда ж щенка?

— Ну… если он совсем здоров… – начала было Шура, но неожиданно ее перебил Дмитрий.

— Я могу взять. Если на три недели.

— Ну да, – закивал Боренька. – Шура повесит объявление у нас в магазине, а если никто не возьмет, то мы приедем и заберем.

— Все, договорились, – кивнул Дмитрий и повернулся к собаке, с которой играл Антошка. – Эклер! Вот не зря тебе кличку я давал, со мной будешь. Пока.

— Шур, а ты щенка уже не продавай, просто пристраивай, – говорил Боренька. – Так… мне завтра надо будет тебе дела передать на двадцать один день…

— Да не переживайте вы так, не в первый же раз, – попыталась ег успокоить Шура. – Справимся.

— Пейте чай, Дмитрий Львович, – угощал Боренька.

Шура тепло смотрела на Дмитрия. Так непривычно было слышать, что он Львович… Дмитрий Львович. Как же красиво звучит! Серафимов… Боренька перехватил ее взгляд и вдруг хлопнул себя по бокам:

— Вот я дурень! А у меня же к вам … небольшой презент, так сказать. Уж вы не откажите, а то… Мы тут с Антошкой в субботу в цирк собирались. Представляете, Запашные приезжают! А у них же не представление, у них же целые шоу! Мы так хотели, но… если нам уезжать, то… а билеты я с таким трудом доставал. Возьмите, пожалуйста.

— Ничего себе, – восторженно прошептала Шура. Запашные были ее кумирами. – Прямо на шоу!

— Хороший презент, – кивнул Лима. – Сколько мы должны?