Книга С праздником! Валентинов день, страница 34 – Татьяна Луганцева, Маргарита Южина, Елена Усачева, и др.

Часто, глядя на розовые от закатного солнца стены домов, она гадала: какое же именно чудо с ней случится? Может, она найдет клад? Или из какого-нибудь подъезда вдруг выскочит Джеймс Бонд, преследуемый врагами, а она подставит врагам подножку и тем самым спасёт мир и великого агента… Или её пригласят сниматься в кино в главной роли, потому что какой-нибудь замечательный режиссёр как раз пойдёт в магазин за хлебом и, увидев её, поймёт, что она-то ему и нужна…

Надя не знала, какое чудо готовят ей Бог с ангелами, но была твёрдо уверена, что этого чуда стоит ждать.

Поэтому, когда ей в руки свалился букет, она не испугалась и подумала: «А, вот как, оказывается…» И поспешила домой рассматривать сюрприз.

Луша – красивое, несколько вредноватое существо. Из известных категорий «грудастая блондинка», «ироничная брюнетка», «мышь домашняя» её, скорее всего, можно отнести к группе «ироничная брюнетка».

Лушу немного огорчало её имя. Припудривая беличьей кисточкой чуть длинноватый тонкий нос, подводя карандашом изогнутые слегка асимметричные брови, она смотрела на себя в зеркало и возмущалась: «Ну какая я Луша! Лукерья! Чем родители думали!» Немного исправляла положение фамилия первого мужа, которую она теперь носила, – Гольц. Гордо, жёстко, холодно. Так, как должно звучать имя настоящей царицы.

Однако от мужа, кроме фамилии и квартиры, ничего другого не осталось. Как и когда испортились отношения с мужем, Луша припоминала с трудом. Сначала была большая любовь с чудаковатым парнем в очках, который называл её царевной, носил кофе в постель и читал книги по истории. Кофе, правда, был «Нескафе» – по причине студенческой бедности. Зато были прогулки в лесу. Пешие, по причине отсутствия машины. И ужины при свечах. Картошка с солёными огурцами. А потом секс и шёпот на скрипучем диване. И было в общем-то хорошо.

А потом захотелось машину и шубку. И перебраться из однушки в Сокольниках куда-нибудь поближе к Патриаршим прудам. Чтобы в доме внизу была модная кофейня, а не пивной ларёк.

И были вечерние споры и головная боль по ночам, и другие женские хитрости. И ушёл Паша из научных сотрудников в банк. И осталась пылиться в секретере кандидатская диссертация. И появилась у царевны в шкафу шубка. И переехала шубка в новую квартиру вместе с запылившейся палаткой и рюкзаком со спальниками. Жильцы однушки из Сокольников тоже переехали. Луша – в Кривоарбатский переулок, а Паша – частично на работу, а частично в московские рестораны для проведения важных переговоров.

Вот тогда Луша и сделала для себя вывод, что все мужики козлы. Сначала были обоюдные измены, а потом развод с разделом имущества. И были новые банкиры и бизнесмены. И были новые шубки. И были всё те же одинокие вечера, и были новые Вася, Миша, Петя. Луша искала дворника, а влюблялась в банкиров.

«Ну и ладно, – решила Луша. – Пусть будут шубки вместо прогулок под луной. Все мужики козлы». Правда, она несколько усомнилась в этом, когда встретила Фёдора. Тихий труженик на ниве программирования не щеголял «ролексами» и водил её в «Якиторию», а не в «Ла Маре». В очках, в мятой рубашке, слегка всклокоченный. Не искушенный в светской жизни, Федя слегка комплексовал рядом с ней. Стал носить костюм. Даже купил рубашку под запонки, которые она ему подарила. Пытался, как мог, соответствовать. Старался, одним словом.