Книга Дело о золотой мушке, страница 73 – Эдмунд Криспин

— Умоляю, объясните, – сказала Хелен, – какое отношение имеет кольцо ко всему этому?

— Его нашли на пальце вашей сестры, мисс. И все указывает на то, что оно было надето на ее палец после смерти.

— О! – Хелен неожиданно и необъяснимо погрузилась в молчание.

— А теперь, мисс Хаскелл, можете кратко рассказать мне о ваших передвижениях между шестью и девятью прошлого вечера?

— О передвижениях… Что ж, их было немного. Я направилась отсюда в театр около половины седьмого, загримировалась, вышла в начале пьесы – примерно без четверти восемь, – ушла со сцены десятью минутами позже, сидела в своей гримерной и читала, вернулась на сцену без четверти девять или около того…

— Одну минуту, мисс Хаскелл: правильно ли я понял, что вы отсутствовали на сцене между семью пятьюдесятью пятью и восемью сорока пятью?

Первый раз за все это время Хелен выглядела испуганной. У Найджела екнуло сердце: Хелен не могла бы совершить убийство ни по одной причине – ни психологической, ни фактической, ни основанной на уликах, – даже в страшном сне ему не приснилось бы такое, и все-таки он не справился с волнением.

— Да, вы правы, – подтвердила Хелен.

— Делите ли вы свою гримерную с кем-нибудь еще?

— Да, обычно; но на этой неделе девушка, с которой я делю ее, не занята в пьесе. Вы имеете в виду, что я могла бы выскользнуть незаметно, так, чтобы никто не знал? Думаю, могла бы, но я этого не делала. – Ей почти удалось вернуть утраченное самообладание. – Ведь чтобы заставить человека снять грим перед тем, как через полчаса ему придется наложить его снова, нужен по меньшей мере такой сильный мотив, как убийство.

Тут как раз вернулся Спенсер, но новостей у него почти не было: он не нашел никаких бумаг, кроме нескольких незначительных личных писем и справочника с адресом адвоката Изольды (который инспектор тут же спрятал в карман).

— Кроме этого, – сказал он, – только обычная женская артиллерия – прошу прощения, мисс.

Хелен ответила ему улыбкой, в которой в безошибочно точной пропорции были смешаны и понимание шутки, и легкое кокетство.

Инспектор поднялся с места.

— Ну, думаю, на этом все, мисс Хаскелл, премного вам благодарен, – произнес он. – Не хотите посмотреть на свою сестру? – Хелен отрицательно покачала головой. – Ну что ж, пожалуй, при том, как обстоит дело, это разумно. Боюсь, от вас могут потребовать опознать те… то есть ее на коронерском дознании. Оно должно состояться в следующий вторник; мы не можем провести его раньше, потому что и коронер, и его заместитель ухитрились уехать в одно и то же время.

При этих словах он кротко улыбнулся такому удачному свидетельству некомпетентности в высших сферах. Затем, повернувшись к Найджелу, тихо сказал:

— Могу сообщить вам, сэр: было установлено, что пулей, которой убили молодую леди, выстрелили из найденного нами револьвера.

Найджел ухитрился притвориться заинтересованным этой бесполезной информацией; если Изольда и была убита, то, из какого бы оружия ни выстрелили этой пулей, убийство казалось одинаково невозможным.

— Что ж, – заключил инспектор, – я только осмотрю другую комнату и уйду. И я не вижу препятствий сказать вам, – добавил он дружелюбно, – что, по моему мнению, несмотря на определенные трудноразрешимые детали, это все-таки было самоубийство. Такова, – подчеркнул он, – официальная версия.