Онлайн книга «Дом с леденящей тишиной»
|
Следователь Жуков, первым отметивший необходимость поиска госномеров автомобиля, отправил участкового проводить опрос жителей на противоположной стороне обмелевшей речушки; эксперт-криминалист же, надев перчатки, полез под капот смотреть VIN[13]. Сравнили данные из базы розыска; да, автомобиль принадлежит Марии Ворониной. — Очевидно, внутри тоже она? – поинтересовался стажер из участкового пункта полиции, изо всех сил старавшийся выглядеть профессионалом. — Неочевидно, – мрачно сказал Муфаев. – Может, она кого-то тут придушила и оставила. Приедут похоронники, посмотрим. Эксперт-криминалист Бусинцов, уже произведший фотографирование во всех ракурсах и снявший отпечатки пальцев с дверей, руля и передней панели, курил возле машины. Для дальнейшей работы по факту обнаружения трупа нужно было установить, чей именно труп находится в «Дэу»; часто работу по перемещению трупа из места его нахождения выполняли сотрудники похоронного бюро, реже – сотрудники МЧС, когда останки извлекались из труднодоступных мест, и спасатели и рыбаки на водоемах; в остальных случаях это были или родственники с соседями, или приблудные бичи за пару бутылок, или просто неравнодушные и небрезгливые граждане. Редко, но участвовали в транспортировке тела и сотрудники полиции. Легендарным стал случай, когда в соседнем хуторе участковый, раздевшись до плавок, больше километра тащил за ремень по ерику раздувшегося утопленника, чтобы найти более-менее пологий выход к земле; эту историю, в общем-то, позже приводили в пример, как делать не надо, но дань уважения отдавали каждый раз. В принципе, если бы труп был свежим, участковый нашел бы пару крепких ребят, которые не побрезговали и вытащили бы тело из машины; труп и труп, не граната же без чеки. Но покойница, находившаяся в закрытой машине уже несколько дней, подверглась гнилостным изменениям настолько, что было непонятно, с какой стороны за нее хвататься. Поэтому ждали «Харон» и беседовали на отвлеченные темы; Жуков переживал из-за реакции заместителя прокурора на скопление автомобилей на месте происшествия, а эксперт-криминалист успокаивал его. — Я ходил, смотрел, – говорил он, – отсюда автомобиль не уезжал. Только к лесу. А следы обуви – сам видишь, как после дождей трава поднялась. Если только не носорога вели, все следы пружинят. Окурков нет, каких-то инородных лесу предметов нет. Будет задание все прочесать – будем дальше смотреть. Жуков кивал, понемногу убеждая и себя, что не допустил фатальной ошибки, не огородив место происшествия. По-хорошему, все прибывшие, за исключением любопытных селян, более-менее имели представление о доказательствах и должны были понимать, что нужно не только не ломиться непосредственно к объекту исследования, но и оставить пространство вокруг него. Да и селяне смотрят фильмы, читают детективы и знают значение слова «улика», могли бы и не топтаться… Подъехала, переваливаясь по ямкам, «Нива» участкового; тот выпрыгнул, сосредоточенно хмурясь, подошел к Жукову. — Рыбаки с того берега видели, как на обрыве баба что-то в воду кидала. Они в камышах сидели, в камуфляже. Сначала что-то легкое. А потом пакет черный швырнула, тяжелый, он возле берега плюхнулся. Эксперт-криминалист встрепенулся: — Надо что-то найти в воде? Да? В реке? |