Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 146 – Кристофер Триана

Дедушка закричал:

— Глория!

Когда он повернулся, чтобы подойти к бабушке, Джун заметила, что из его уха течет кровь. Хотя от грохота выстрела у него разорвалась барабанная перепонка, его единственной заботой была жена. Джун застыла в безмолвном благоговении перед тем, что произошло. Одно нажатие на спусковой крючок – и бабушки не стало. Все оказалось так просто.

Джун не хотела, чтобы все зашло так далеко. Или хотела?

Она выбросила эту мысль из головы, слезы наполнили глаза, но она не знала, плакать ей или смеяться. Мир превратился в ужасающую нелепость. Единственным выходом из этого безумия было прорваться сквозь него.

— Глория! – рыдал дедушка, подхватывая на руки мертвую жену.

Ее шея обмякла, а когда запрокинулась голова, содержимое рта выплеснулось на кафель. Дедушка прижал к себе труп, кровь залила его и запачкала лицо, когда он опустил голову и заплакал. Джун никогда раньше не видела, чтобы ее дедушка плакал, и что-то в этом зрелище вызвало у нее отвращение.

— Ты бесчеловечна! – закричал он на нее.

Сердце Джун сжалось, готовое разорваться.

— Надо было послушать твою маму, – сказал дедушка. – Она хотела избавиться от тебя.

Ладони Джун вспотели, когда она крепче сжала дробовик.

— Ты заплатишь за это, – сказал дедушка. – Убийца! Я прослежу, чтобы тебя судили как взрослую. Надеюсь, ты сгниешь в тюрьме! Ты мертва для меня, Джун! Поняла? Ты мертва для меня.

Слова перешли в рыдания, и он снова склонился над телом жены.

Джун сморгнула слезы, но не всхлипнула и не издала ни звука. Она чувствовала себя лунатиком, который только что проснулся и обнаружил, что находится в незнакомом месте. Все казалось чужим. Это беспокоило Джун, пока она не поняла, что все изменила.

Разве ты не этого хотела?

Новый мир лежал перед ней, открытый и свежий, маня к себе. Все, что ей нужно было сделать сейчас, – это принять приглашение и не оставить никаких следов своей прежней жизни.

Дедушка закричал на нее в последний раз:

— Ты мертва для меня!

Она подняла дробовик.

— Для меня ты тоже мертв.

* * *

Раскаты грома вернули Джун в реальность.

Луна снова была нормального цвета, но над рекой собралась целая армия облаков. Розовые молнии, словно прожилки, прорезали их, озаряя ущелье яркими вспышками.

— Надвигается гроза, – сказал Кит.

Гэри внезапно вздрогнул. Он глубоко задышал, как будто только что вынырнул из глубин океана. Его глаза были налиты кровью, и он походил на дикого зверя, готового к борьбе или бегству.

— Нет, – закричал он. – Нет, Лейси. Нет, нет!

— Гэри? – Кит потянулся к нему, но Гэри стряхнул его руку.

— Моя жена, – сказал Гэри. – Вы должны впустить меня, там моя жена!

— О чем ты говоришь?

— Школа! Она здесь учительница… она… она…

Джун наблюдала, как Гэри медленно приходит в себя. Он огляделся по сторонам. Казалось, он был удивлен, что оказался тут – в маленькой лодке на ночной реке. Джун подумала, что их всех должно удивлять, что они здесь. Гэри тяжело дышал, держась за грудь, как человек, у которого сердечный приступ.

— С тобой все в порядке? – спросила Джун.

Упершись локтями в колени, Гэри сгорбился и покачал головой.

— Что… что происходит?

Кит достал сигареты и предложил одну Гэри, но тот отказался.

— Ты, наверное, тоже задремал, – сказал Кит. – Еще один дурной сон, да? – Он усмехнулся. – Мне лучше быть начеку. Я, должно быть, следующий.