Книга Янтч, страница 1 – Майлз Нортон

© Нортон Майлз, текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Мой взгляд случайно наткнулся на человека в бейсболке с полустертым логотипом какой-то забытой команды. Волосы, выглядывающие из-под нее, будто специально взъерошились для вида. Худи, выстиранное до сероватого оттенка, но с идеально сохранившимися швами – те самые, что шьют для бутиков в Сохо. Часы, которые в другом контексте могли бы сойти за подделку, если бы не едва заметное тиканье механизма, звучащее как отсчет чьего-то последнего часа. Одежда будто кричала: «Оставьте меня в покое!» Но каждая деталь выдавала человека, который привык покупать себе любую роль. Даже того, кому нечего терять. Я бы прошел мимо. Но его татуировка…

Когда он поправил часы, из-под браслета выглянул женский глаз. Не ее. Но достаточно похожий, чтобы мои пальцы сами нашли нож в кармане. Он поднял взгляд – и я увидел в этих глазах то же самое, что и тогда: холодный расчет, прикрытый показной небрежностью. Именно так он смотрел, когда разрушил мою жизнь. Без малейшего усилия. Без тени сожаления. Как человек, который даже не заметил, как под подошвой хрустнул панцирь – ведь впереди его ждало нечто куда важнее.

Влажный холод пронзил всё тело. Джон открыл глаза – и мир обрушился на него ледяным душем.

Он ощутил, как капля воды с потолка упала ему на лицо. Вытер лицо рукавом и уставился на потолок. Он был сухим. «Показалось», – подумал Джон.

В комнате пахло затхлостью и виски. Islay Single Malt 12 лет – такой же, что они распивали после первого «контракта» с бывшим партнером. Пустая бутылка валялась у кровати как немой свидетель.

Словно сквозь густой туман, Джон потянулся к тумбочке. Шрам на плече дернулся – старый ожог, подарок от «коллег». В ящике лежали Glock 17 с затертым номером и паспорт на имя Марка Ривза. Джон не помнил, откуда они взялись там. Он щурился на фото в паспорте. Свет падал иначе, и черты лица казались чужими, искаженными. Имя словно плыло перед глазами. Он почти был готов убедить себя, что вчера там было написано иначе. «Последствия вчерашней пьянки», – думал он, протирая глаза. «Может, устал».

Едва слышно, словно проверяя, отзовется ли душа, Джон произнес: «Джон Хиггс». Попробовал он вслух. Ни о чём не говорило.

Мучительно знакомое имя. Простое, привычное, как дыхание… Но сегодня его снова не было. Не то чтобы он страдал амнезией – нет, это было куда хуже. Он не хотел помнить. Забыть, кто ты. Забыть, что натворил. Это не провалы памяти – это бегство.

Вдруг в ушах прорезался голос: «Ты думал, они просто так забыли?» Он резко обернулся – никого. Только смятая записка в урне. И ощущение… Будто кто-то только что одернул руку с его плеча. Древний инстинкт крикнул об опасности, и тело отозвалось ледяной рябью, бегущей вниз по позвоночнику. Последние недели утро начиналось одинаково: потолок, холодный взгляд лампы, обрывки прошлого, словно осколки разбитого зеркала, которые приходилось собирать. Джон Хиггс. Бывший айтишник. Ныне – консультант по безопасности. По крайней мере, так гласила визитка.

Именно в этот момент телефон вздрогнул на тумбе, будто живой. Уведомление. Карл. Бывший партнер. Если «партнер» – подходящее слово для того, кто платил кровью.