Онлайн книга «Вор»
|
— Сень, а Сень, — оттаял Кристалл, — давай попозже. Вот из Москвы вернусь, тогда и возьмем. Кого попало брать нельзя, а среди своих вербовать под пули — не по понятиям. Поиски времени займут, а пока будь спок — я тебя защищу. На том и порешили. Заключительная фаза завтрака прошла в полном мажоре. На десерт они пили кофе, сдобренное коньяком, и веселились напропалую. — Ну что, с Богом? — С Богом… Во дворе разгулялось осмелевшее солнышко. Весна дыхнула в лица ласковым теплом… Что есть истина И наступает миг в расцвете жизни, Когда в болезни, горе иль в знаменьи бед Предусмотрительно свою оплачиваем тризну По курсу «семь грехов — один ответ». Окончательное и бесповоротное пришествие уже далеко не календарной весны каждый воспринял по-своему. Сэмэн озабоченно поскреб в затылке, окинул просохшие после слякоти дорожки придирчивым оком и поспешил в гараж, ворча: — Мало забот было… Уродуйся теперь выходные со сменой резины. Кристалл же остался верен заунывному лейтмотиву последних дней, почувствовал себя расколотым и, втянув в легкие прану возрождающейся природы, испытал острейшую потребность в женской половине… Боевой настрой не располагал к разговорам. Не проронив ни звука, они добрались до центра и, даже когда Сэм повернул машину в противоположное запланированному направление, Юрий промолчал. Впрочем, объяснение маневру пришло довольно скоро. Пропетляв извилистыми улочками старого города, «Паджеро» плавно притормозил у небольшой церквушки святых Натальи и Владимира. — Ну и? … — скептически осведомился Кристалл. — Так надо, — твердо отчеканил Сэмэн, занимавший в некоторых вещах непоколебимую позицию, исключающую все споры. — За мной. К удивлению положенца, Сэма здесь хорошо знали. Отвечая на приветливые взгляды скупыми кивками, он подвел Юрия к иконе Николая Угодника, исчез и вскоре вернулся с двумя свечами. — Бери. — Зачем? — растерялся Кристалл. — Бери, говорю. Строгие глаза святого лучились каким-то пристрастием, от которого становилось не по себе. Незнакомый, но вместе с тем совсем не чужой запах пьянил и дурманил, заставляя признать беспомощность перед чем-то непостижимым. В точности повторив действия Сэма, Юрий зажег свою и вставил ее в маленькую чашечку рядом со свечой друга. Внутри что-то оборвалось, как бывает всегда, стоит только пересечь черту, за которой открывается новое измерение. — А теперь… что теперь? — прошептал Кристалл. Сэмэн зажмурился. — Грешники мы, — едва слышно произнес он, — и грех наш — смертный. Все понимаем, а живем по-старому, ничего не меняя. За это взыщут с нас, вдвойне взыщут. Но Бог все видит. Скажи, ему одному скажи, зачем ты все это делаешь. Может и простит. А Николай Чудотворец, если в сердце твоем доброе узрит, поможет… Из церкви они вышли задумчивые. Сэмэн чуть задержался, раздавая милостыню, а Юрий, идя впереди, силился удержать готовый сорваться с губ вопрос, но на полпути к машине его прорвало: — Почему так, Сэм? Идем возвращать украденный у старухи паспорт — вроде ведь хорошее дело — а все равно плохо?! — А кто вообще из людей знает, что такое плохо-хорошо, правильно-ошибочно, истинно- ложно? Никто! — авторитетно заявил друг. — Бывает, что и цель добрая, и средства ее достижения порядочные, а из всего зло выходит. Разве можем мы дальше своего носа видеть? Потому даны человеку заповеди — тихо жить, никуда не лезть, ближних своих любить, верить, что Бог лучше нас обо всем позаботиться. Разрешить каждому, что угодно делать, — хуже, чем ребенку спички подарить. |