Онлайн книга «Вор»
|
В жизни сплошь и рядом ситуации, когда хочется высказаться, скинуть с сердца камень наболевшего, но подвести прогнозируемую реакцию на «крик души» к желаемой не получается и это вызывает нерешительность, промедление, неловкость, маскируемые под апатию, недомогание или плохое настроение. Так и сейчас. Воры не моделировали гнетущую атмосферу, они просто ждали подходящего момента… Поспевший самовар щедро раздал всем содержимое своего внушительного надраенного брюха, и, потягивая беспросветную смолянистую жидкость, Воры с наслаждением закряхтели. — Кристалл, — следуя традиции, Вор Липа посчитал тактичным прервать мрачные размышления положенца именно при чаепитии, — этот дом не жалует интересы, больше до вопросов охоч. Однако ты молод, умом энергичен, быстр телом, и мы будем не правы, не сделав для тебя исключения. Может что уточнить желаешь? Так скажи, к каким ребусам привели тебя мысли неугомонные, о какие узлы запутанные ноги обиваешь — а мы выслушаем и за честь сочтем собрату младшему разъяснить в чем сильны и убеждены. — Да, Юрок, не стесняйся с проблемами, — Подхватил Евгений. Положенец сознательно затягивал молчание. То ли мешала говорить скованность, следствие высокой доли ответственности за каждое слово, то ли это была тактика, позволяющая блеснуть самообладанием и одновременно выцедить из причудливой воровской уступки множество скрытых смыслов, но Кристалл упрямо держал паузу. — Чего вы к человеку привязались? — неожиданно заступился Вор Филипп, соседствовавший слева от Юрия. — Он что повод дал кому-то усомниться в полноте разумения своего и компетентности по жизни нашей? Ежели так, то нечего петлять, выносите претензии… Я вот, например, что думаю, Кристалл, — повернулся он к гостю, — братки мои намедни спорили о том о сем… Вспоминали, как ты положение у себя ладишь, и все сошлись в одном: толково подходишь, по-людски, значит на воровской лад живешь… Но тут закавыка и приключилась. Не то, чтобы червь в груди, а дура какая-то шелудивая о шести лапах прошмыгнула между нами и к спору толкнула, бессовестная. Слово за слово — глядь, ишь уже принципиально разделились по мнениям. Те из нас, кто верит в тебя бесповоротно, хотят довести тем, кто тоже тебе доверяет, что все опасения вторых — злая бесовская проделка и не более. Загвоздка-то проста! — тебе ее устранить — одно удовольствие, и нам, старикам, — радость. Так вот… Положа руку на сердце, скажи: все ли ты осмысливаешь и понимаешь? Мы ведь годами битые, не одной ходкой обожженные. Знания не на хапок получали, а постепенно, в поту, приобретали. Да уж… — патриархально протянул он и выпалил, равно кнутом щелкнул: — Вот и скажи, как видится тебе семья воровская и нет ли пробелов каких по нюансам понятий наших? А? И пусть не смущает многоречивость воровская — начало разговора Филипп заложил грамотно. Впрочем, мнение, что этим он не оставил Кристаллу выбора, не соответствует истине. Культивируемый в преступном мире этикет позволял положенцу и сейчас уклониться от беседы. Никто не стал бы выяснять причин и домогаться откровенности. Каждый имеет право на гордое безмолвие, но… хорошо оно тогда, когда не вредит отношениям и если перед тобой не урка. Открыто проявленный интерес из уст воровских имеет достойным продолжением только исчерпывающий ответ, а все его суррогаты — будь то попытки отшучиваться или поменять тему — неуважение к Имени. |