Онлайн книга «Вор»
|
Вернувшись, Юленька посетовала: — Илье Глебовичу что-то нездоровится. Слушай, а кто он? Сэмэн придвинулся поближе. — Не понял. — Ну, твой друг. Уж больно на бандита похож. И не улыбнется даже… — Внешность обманчива. Он — положенец. — Как это? — Вот так, — голос Сэмэна понизился до хрипловатого воркования. Руки умело скользнули под шелковую блузку. — Сейчас на положении Вора, а придет время — войдет в семью и тогда станет одним из них. Кристалл. Запомни на всякий случай это имя. Какая у тебя нежная кожа… Словно очнувшись от сна, девушка откинула шаловливые руки. — Я же говорила, что бандит… — заявила она и тут же осеклась. Глаза кавалера потеряли уступчивость и мягкость, а по тому как он подскочил, Юленька поняла, что совершила непростительную ошибку. — Снимай, — холодно потребовал Сэмэн. — Что снимать? — слетело с ее обескровившихся губ. — Перстень снимай, дура! И благодари бога, что родилась бабой, не то бы разнес башку, не отходя от кассы! Дальнейшее проходило немым кино. Юля несколько раз бесшумно исчезала за дверью, нося шефу «белластезин» и «корвалол», и так же тихо возвращалась. Как она ни старалась, издавая притягательный скрип натянутой ткани, вернуть утраченное внимание, Сэмэн, угрюмо рассматривая пейзаж за окном, утерял к ней всяческий интерес. В полном безмолвии они провели еще около часа, пока из кабинета не показался молодой человек. Вручив Сэмэну папку, он молча увлек его за собой, а вымотанный адвокат, проводив гостей, вытер платком вспотевшую лысину и объявил: — Юля, отмени все встречи. Я беру выходной. Десять лет спустя Исход любого продолжительного дела От нас самих зависит ни на чуть. Пусть проиграл… Но как бы плакать не хотелось, Попробуй в небеса с улыбкою взглянуть. Игра длилась вторые сутки. Рыба банковал. Неотступно следя за его юркими руками, Большой сфокусировался на перстне, разгоняя застилавший глаза туман. Напряжение сковывало лопатки — хотелось пройтись по комнате, размять суставы и немного отвлечься. Пальцы теряли необходимый контакт с картой, а это было плохим признаком. Откинувшись на спинку стула, король с наслаждением вытянул ноги. Рука коснулась лежащей рядом трости и, пробежав по змеиной чешуе, возвратила ладони чувствительность. Спокойные лица соперников начинали раздражать. Справа, на фоне витражного окна, сидел Валет. Противник несерьезный. Одет чрезмерно броско, молод, дерзок, пожалуй, чересчур и недостаточно внимателен. Он перестал интересовать Большого, стоило лишь разгадать его примитивную тактику игры. Профессионала на измор не взять. С возрастом шпилевой приобретает опыт, позволяющий обернуть оружие энергичной молодежи против нее самой. Ну это с возрастом… а когда-то король, будучи еще безусым принцем, сам грешил карточными марафонами, вынуждая противников постарше до инсульта высиживать за игровым столом. Перелом обычно наступал к концу вторых суток. Просто, но гоняясь за легкостью победы, не следует забывать ряд аксиом. Во-первых, оговаривая правила, игроки устанавливают суммарный размер выигрыша, либо продолжительность игры. В последнем случае катала, решаясь на критические трое суток, как минимум должен позаботиться о хорошем игровом фонде — таком, какой невозможно проиграть за оговоренный период. Вторая аксиома — обеспечить себе комфорт, дабы не оказаться заложником собственной тактики. Одного взгляда на франтоватого Валета хватило, чтобы Большой принял предложение. Многие ли сохраняют концентрацию к семидесятому часу непрерывной игры, выглядя вешалками для дорогих одежд? Накрахмаленный воротник сорочки, вгрызаясь в шею, превратит кожу в пережеванный кусок мяса — не поможет и расстегнутая пуговица. Да чего там — даже тесные трусы подарят такие неудобства, что вы будете думать исключительно об омерзительном зуде в промежности. Какая уж тут игра… |