Книга Возвращение Гетер, страница 194 – Алексей Небоходов

Опустила двухкопеечную монету. Набрала номер — медленно, без ошибок. Трубка пахла табаком и чужими духами. Слушая гудки, наблюдала за улицей.

— У телефона, — раздался знакомый голос.

— Синица на связи, — сказала негромко, но чётко.

Небольшая пауза — Родионов соблюдал инструкции: три секунды молчания, проверка линии.

— Слушаю, Синица, — в его интонации сквозила усталость.

— В игру вступила дочь генсека, — быстро заговорила Марина, вглядываясь в пустынную улицу сквозь заиндевевшее стекло. — Ордынцев хочет через неё создать мужские притоны для жён высокопоставленных чиновников. Полное отзеркаливание схемы. Пятьдесят процентов участия.

На том конце провода — ни звука. Только дыхание Родионова. Значение этой информации оба понимали отлично. Дочь генерального секретаря — это не высокопоставленный чиновник. Это черта, пересекать которую в СССР не мог никто.

— Кто ещё был на встрече? — наконец спросил капитан.

— Ордынцев, Литарина, Попова, Бурятцев из Большого театра, — перечислила Марина. — Встреча на даче под Москвой, место незнакомое, но явно правительственное. Охрана по периметру, спецсвязь.

— Ясно, — тон Родионова стал жёстче. — Что с операцией по Красину? Она в курсе?

— Нет, об этом не говорили. Но Галина Леонидовна выдвинула условие — полная информация обо всех клиентах. Они приняли.

Снова ни звука на том конце линии. Марина чувствовала, как напряжённо работает мозг капитана. Если раньше речь шла о разоблачении притонов, курируемых Ордынцевым, то теперь вмешались силы, которых не мог коснуться даже КГБ.

— Понял, — наконец отозвался Родионов. — Жди дальнейших указаний. Продолжай внедрение согласно плану.

— Есть, — ответила она коротко.

— Береги себя, Синица, — неожиданно добавил он, и в словах промелькнула тревога. — Не рискуй напрасно.

— Постараюсь, — она почти улыбнулась. — Конец связи.

Марина выждала десять секунд и вышла из будки. Улица пустовала, снег густел, размывая свет фонарей. Подняв воротник и поглубже натянув шапку, двинулась в сторону от дома Арины Капитоновны. Стандартная процедура — никогда не возвращаться тем же путём.

После нескольких пересадок в метро убедилась: хвоста нет. Пальцы на сумочке подрагивали от напряжения. Разговор с Родионовым обнажил всю опасность её положения.

У знакомого подъезда расправила плечи, вдохнула морозный воздух, возвращая себе облик аспирантки. Тающие на ресницах снежинки мешали видеть, но не вытирала их — слёзы вредят легенде.

Родионов сидел перед Андроповым с прямой спиной. Ждал, пока тот дочитает рапорт о вмешательстве Галины Брежневой в операцию «Гетера».

Андропов читал медленно, без эмоций. Только резкие движения пальцев, перебирающих страницы, выдавали напряжение. Закончив, снял очки и принялся протирать стёкла белоснежным платком — подчинённые знали: в такие моменты нужно молчать.

— Дочь генсека, значит, — сухо бросил председатель, не отрываясь от протирания. — Галина Леонидовна собственной персоной.

Родионов подтвердил коротким кивком головы.

— Вы понимаете, что это значит?

— Да, — ответил капитан ровно. — Операцию придётся свернуть.

Андропов надел очки, и за стёклами сверкнуло что-то стальное.

— Нет, продолжим. Ответственность на мне.

Он встал из-за стола и подошёл к окну, всматриваясь в площадь Дзержинского: