Книга Возвращение Гетер, страница 82 – Алексей Небоходов

Елена поставила опустевший стакан в раковину и направилась обратно. Прошла мимо комнаты Олега, мимо закрытой двери в комнату деда, мимо собственной спальни, где не могла уснуть с тех пор, как связь с отчимом вышла за все границы.

В спальне Сергея девушка сняла сорочку, аккуратно повесила на спинку стула. Белая ткань в полумраке казалась почти светящейся. Её ночная рубашка — тонкая, с выцветшими васильками по подолу — лежала смятой на полу у ложа — там, где Елена сбросила её перед тем, как лечь с отчимом. Натянула рубашку через голову, поправила складки. Взгляд упал на спящего Сергея — выражение его лица во сне казалось беззащитным, почти детским. Она отвернулась и вышла, прикрыв створку двери так бесшумно, что даже петли не скрипнули.

В коридоре было прохладно. Пол поскрипывал под босыми ногами — привычно, по-домашнему. Дверь её собственной спальни подалась с лёгким скрипом, и Елена невольно замерла на мгновение. Комната пахла книгами и пылью, постель была нетронута. Елена легла поверх одеяла, свернувшись калачиком, и уставилась на полосы лунного света на стене.

…Её разбудил яркий луч солнца. Елена потянулась к тумбочке за водой, но нашла только вчерашнюю чашку с остатками чая. Встала, поморщившись от головной боли. Тело ломило. Подошла к окну, распахнула форточку — весенний воздух ворвался в комнату, принося запах мокрого асфальта и тополиных почек.

Нужно было принять душ. Она взяла полотенце со стула и вышла в прихожую. Квартира казалась безлюдной — Сергей уже ушёл на кафедру, Олег — на тренировку, дед по утрам не показывался из своей комнаты. Суббота — два дня передышки.

В ванной пахло мылом и металлическими трубами. Девушка заперла за собой щеколду, сбросила ночную рубашку и встала под душ. Тёплые струи потекли по коже, смывая усталость и память о ночи…

Олег поднимался по лестнице, перешагивая через две ступени, в руке — сумка с формой. Тренер отменил занятие из-за прорыва трубы в спортзале, и теперь образовалось несколько свободных часов. Парень достал ключи, привычным жестом нащупал нужный, вставил в замок. В прихожей стояла неправильная, настороженная тишина.

Олег бросил сумку у порога, стянул кроссовки. Ступни с облегчением почувствовали прохладу дощатого настила. На вешалке — плащ Сергея Витальевича и лёгкая куртка Елены. Значит, оба дома. Но почему так тихо? Обычно в квартире кто-то что-то делал — дед шуршал газетой, Елена гремела посудой на кухне, отчим печатал на машинке.

Олег прошёл на кухню — никого, только на столе чашка с остывшим чаем. На подоконнике — пепельница с окурком. Странно: Сергей Витальевич курил в гостиной или в спальне, но не здесь.

Он вернулся в прихожую, прислушался. И уловил едва различимый, но безошибочно узнаваемый звук. Скрип ложа. Приглушённый женский стон. Из спальни отчима.

Олег застыл. Мозг лихорадочно перебирал варианты: Сергей привёл женщину? Через полгода после смерти матери? В их дом? Злость поднялась из груди к горлу, кулаки сжались непроизвольно.

Он двинулся по длинному коридору — медленно, почти бесшумно. Каждый шаг давался с усилием. Что-то тёмное, инстинктивное толкало вперёд — к двери, за которой скрипела кровать.

Звуки стали отчётливее. К скрипу добавилось тяжёлое мужское дыхание. Сдавленные женские вздохи. Олег положил ладонь на дверную ручку. Секунду колебался — имеет ли он право вторгаться? Но кисть уже нажала сама.