Книга Сокровища, страница 7 – Евгения Овчинникова

— Давай-давай-давай-давай! – Они закричали, засвистели, и Ася вытянулась в струнку и закрутила педали что было сил, однако правая нога сорвалась, и велосипед опять повело. Ася выровняла руль, но потеряла время – мальчики догоняли.

— Мишка, давай! – крикнули из-за спины.

Как зовут гонщиков, Ася не знала и сейчас не понимала, кто из них Мишка. Они уже поравнялись с памятником Ленину, он стоял посреди заросшего полынью огромного пустыря, огороженного забором. В конце забора гоночная трасса заканчивалась, и туда Ася еще ни разу не приехала первой.

Она всем сердцем, которое, казалось, вот-вот выскочит и полетит впереди велосипеда, потянулась к уголку забора и закрутила педали сильнее, но все же… сердце вернулось на место и заколотилось – от страха. От того, что Асю несло на огромной скорости, которой она уже не управляла, от явственного ощущения, что, потеряй она руль, она выскочит прямо в канаву или со всей силы ударится об один из бетонных столбов, маячивших впереди. И она перестала крутить педали, и сила, несшая ее вперед, стала слабеть, слабеть. И вот один из велосипедов поравнялся с ней, вот обошел ее на колесо. И вот конец забора, и ее соперники притормаживают и останавливаются, и она тоже – не доезжая до них. Страх наконец уходит, но появляется досада на себя.

«Вз-з-з-з-зж» – раздался из-за спины рев мотоцикла.

— Эй, шпана, а ну я вам! – рявкнул мужской голос, перекрикивая рев мотоцикла. Дядя Ерболат, сосед по улице, притормозил между Асей и гонщиками, кричал и даже потряс кулаком в воздухе: – Чё творите? Бошки поразбиваете! Больница не работает! – Он отпустил тормоз, и мотоцикл уехал.

Гонщики спешились и, хитро улыбаясь, смотрели на Асю. Ася впервые рассмотрела их внимательно: обычно они, обозвав ее, сразу уезжали. Велосипеды были обычные, старые, как у Аси, так что дело не в них – отметила она про себя. Оба гонщика были на голову выше Аси, а пассажирка на багажнике – совсем маленькая. Мальчики загорелые, в мятых футболках и линялых шортах. Девчонка – в бело-голубом китайском платье с крылышками.

— Дура? – сказал старший с еле заметной вопросительной интонацией, словно уточнял у Аси, дура ли она.

— Сами идиоты? – ответила она так же.

— Ну давай тогда, – сказал старший и развернул велосипед с пассажиркой на багажнике.

Они поехали обратно к мостику. А Ася подумала, что в первый раз они обозвали друг друга не зло, а как добрые знакомые. Она не стала забираться на велик, а повела его за руль, в крутую горку, на вершине которой стоял магазин с вывеской «На горке».

У входа в магазин, у тюлевой занавески, стояла и курила продавщица Галя.

— Что, опять обогнали? – спросила она и выпустила семь колечек дыма.

Ася засмотрелась на колечки и забыла ответить. Хотя что отвечать, и так ясно. Она отодвинула серый тюль и вошла в магазин.

— Жизнь – штука такая, – продолжала Галя, хотя слушательница покинула ее, – сегодня проиграешь, завтра – выиграешь. Хотя проигрываешь чаще. Непросто все, короче.

Ася стояла у поддонов с серым хлебом, ждала и смотрела на продавщицу сквозь тюль. Даже через него Галя не казалась симпатичной.

— Страшна-то кака, бедна девка! – говорила бабушка, когда Галя проходила мимо дома тети. – В ранешнее-то время при семье была б, а сейчас… Наши-то ничё, бравиньки, хоть и хабалки.