Книга Удивительные истории о любви, страница 55 – Наринэ Абгарян, Дмитрий Карманов, Александра Авророва, и др.

∞

Я стою под проливным дождем на стартовой площадке космодрома. Сергей напротив. Он улыбается, но как-то извиняюще, отстраненно. «Улетай, если надо», – говорит он, совершенно не сожалея. «И ты не будешь скучать?» «Знаешь же, сколько работы. Нужно будет подключить все твои расчеты в нашу базу и мою формулу». А меня ведь не будет, может, лет десять. Может, никогда. «Ну, давай. Не стоит вам задерживать старт, да и у меня дел… ну ты сама знаешь». Он раскрывает руки, и мы обнимаемся. Он даже похлопывает меня по спине, этак по-дружески. И я понимаю, он больше никогда меня не поцелует. Я стою под проливным дождем… Бесконечно…

* * *

Сергей открыл глаза и заморгал. Он сидел у себя в кабинете. Царила тишина. Никаких взрывов, горящих звездолетов на краю Вселенной. Он не очень понимал, что творилось в его голове последние… Сергей сверился с часами на дисплее и не поверил глазам – на экране мигало 13 февраля. Три недели! Но это точно был не сон. Очень походило на воспоминание, но он ведь ни разу не летал в космос. И космодром посещал лишь однажды – когда Ракра покидала Землю. Три недели назад она отправилась к другим звездам, улетела, чтобы пересечь расстояние, которое он установил между ними. С глаз долой – из сердца вон? Она хотела забыть, забыться в своих определителях. Он же теперь хотел вспомнить. И помнил. Давно ушедшее желание… Сработала квантовая запутанность, для которой световые годы ничего не значат. Но не это главное. Он знал то, чего не знала она.

Сергей с трудом поднялся из кресла и добрался до окна. Мышцы походили на кисель, в голову будто вживили колючую проволоку. Город дрейфовал в летаргическом сне. Сергей не сомневался, что это дело рук Ракры. Он вернулся к компьютеру и ввел ряд команд. Машина не спешила выдать ему ответ. Наконец появились данные. Звездолет Ракры был на орбите, но он никак не реагировал на его запросы и сообщения. Сергей повторил алгоритм – безрезультатно. После долгого разрушительного сна он чувствовал себя истощенным. Не время отдыхать. Он опустился на стул и принялся за работу. Во что бы то ни стало нужно установить с ней канал связи. Он должен переговорить с Ракрой, показать ей свою формулу, сказать, что она ошиблась, что все еще можно спасти. Что она – определитель.

Падение было нелепым и обидным до ярости.

Мгновение назад Денис шагал к стоянке, сжимая в кармане автомобильный брелок, говорил по телефону, когда из-под ног вывернулась кошка. В темноте слепого от фонарей осеннего вечера серая тварь метнулась стремительно и внезапно, Денис запнулся, сделал полшага вбок, зацепился каблуком за мокрый от недавнего дождя газонный бордюр и рухнул прямиком в лужу.

Пальцы сжались, брюки на коленях промокли насквозь, в лицо плеснуло жижей. Денис зарычал и выругался. На зубах скрипнула грязь – в рот попала вода.

Денис сплюнул, поднялся и, стоя на коленях, вытер колючим рукавом пальто губы, оглянулся в поисках телефона.

Ну конечно! В желтом свете фонаря треснувший экран переливался радугой, по нему змеились разводы жижи. Приехали.

На раскисшей газонной грязи отчетливо вырисовывалась цепочка кошачьих следов.

Денис поднял умерший телефон, сунул в карман измызганного пальто. До вылета самолета пять часов, нужно успеть метнуться домой и сменить одежду. Где-то в ящике стола валяется старенькая четверка – вечер поработать сгодится.