Онлайн книга «280+1. Из клетки на свободу»
|
— Ну что, домашний монстр... как здоровье? Вина жжёт вечно? Или уже полегче, ручной стал полностью? Алехандро покраснел но улыбнулся с лёгкой искрой в глазах — впервые ответил Лизе с юмором тихим, но острым: — Не дождётесь! Лиза замерла на секунду — глаза полыхнули ярче, потом расхохоталась громко, от души, хлопнула по столу сильно, кулак в воздух подняла шутливо: — Ха-ха-ха! «Не дождётесь»? Монстр полезный юмор чёрный отрастил? Ручной, но с зубками? Ладно, живучий — зачет тебе за ответ острый до крови! Правильно, не дождёмся конца твоего. Искупай дальше — сетью, фондом, манго спелыми. Трос короткий вечно — на всякий, если юмор твой монстром проснётся. Но манго дополнительная — за «не дождётесь». Странная у нас компания — монстр шутит, инспектор смеётся! Мы смеялись все — громко, от души, слёзы общие — от вечной боли воспоминаний и полного теперь тепла. Алехандро улыбнулся теплее: — Инспектор... заслужил смех твой. Лиза обняла его по-дружески крепко. — А где твой ножик-защитник? — спросила меня Лиза? Я достала деревянную коробочку. Лиза открыла её, потрогала ножик и сказала: — Монстру ручному — манго тройная за то, что не пришлось им пользоваться. Но храните этот ножик. Он — часть нашей истории. Однажды вечером, 30 октября 2036 года после ужина, Лусия — двухлетняя проказница — бегала по саду, тянула ручки к манго, смеялась громко. Вдруг из кустов у забора вышла кошка — худенькая, осторожная, серенькая дымчатая, с белыми «носочками» на лапках. Подошла тихо, мурлыкнула у ног Лусии, потерлась о её ножки. Лусия замерла, потом хихикнула, протянула ручку: «Ки-ки!» Кошка не убежала — осталась, ела манго из рук Лусии, мурлыкала громко, устроилась на коленях у меня. Алехандро улыбнулся тихо, со слёзами в глазах: «Ещё одна спасительница. Как Пирамидон». Лиза сказала: «Твой Але кошек собирает? Серенькая — для Лусии. Назови Лу». Так и назвали — Лу. Серенькая кошка Лу. Она осталась навсегда — спит у Лусии в кроватке, мурлычет по ночам, ловит бабочек в саду, ест манго с рук детей. Еще один свет в нашей жизни — кошачий, маленький, серенький. 3 ноября 2036 г. в родильной палате Асунсьона Иван Море́но-Ковалев закричал первый раз — еще один свет в нашей жизни — голубой после розового света Лусии. Лиза держала мою руку крепко, слёзы её горячие текли по щекам, шептала сквозь улыбку: «Свет мой... ещё один. Удваивается. Перевоспитанный монстр детей плодит?». Алехандро стоял рядом, краснел сильно, слёзы тихие, обнял нас осторожно: «Свет наш... двойной теперь». Мы — настоящие Много раз высказывались сомнения в реальности нашей истории, описанной в книге «+1». Официальная линия российской пропаганды была вполне ожидаемая: «Это западная фабрикация, чтобы очернить Россию». Типичные аргументы: «Жертва не может вернуться к насильнику — это стокгольмский синдром или подкуп», «Перебежчик придумал историю для того, чтобы получить убежище», «Книга — заказ ЦРУ/МИ-6». В Z-Telegram до сих пор пишут: «Фейк. Никто не поверит, что баба вернулась к маньяку». В 2036 году Первый канал выпустил сюжет «Мифы о предателях. История одной провокации». Мы посмотрели его в декабре, вместе с Лизой. Ведущий с серьёзным лицом, на фоне чёрно-жёлтых тонов и кадров войны говорил: «Сегодня мы разберём один из самых циничных мифов, который Запад пытается навязать российскому обществу. История пары, известной как Анна Ковалёва и Алехандро Морено — классический пример информационной провокации, заказанной западными спецслужбами. |