Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 3, страница 13 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Он явно не хотел говорить, что кто-то сообщил о местонахождении убийцы его отца, но Кадзуо все понял сам. Полицейские наверняка догадывались, что человек, похитивший Кадзуо, и есть убийца. Вероятно, они вообще до этого дня предполагали, что и Кадзуо может быть мертв.

— И где… этот человек? – спросил Кадзуо.

— Ты не пострадал? – Полицейский проигнорировал вопрос. – Ты помнишь, как он выглядит? Сможешь все рассказать потом? О том, где ты был… все это время?

Сначала Кадзуо промолчал, но затем все же медленно ответил:

— Я не помню, как он выглядит.

И сам удивился своим словам.

— Где этот человек? – повторил Кадзуо, и его голос дрогнул.

Вернувшаяся женщина посмотрела на Кадзуо с жалостью.

— Он сбежал, – ответила она. – Но не переживай, мы обязательно поймаем его!

«Он сбежал…» – эхом прозвенело в голове Кадзуо. Он посмотрел на следы пожара. На полицейских.

И наконец не смог сдержать слез. Он понял, что теперь все бесповоротно изменилось. Что Исао ушел. Что теперь уже ничего не исправить.

Он снова остался один.

Кадзуо стало еще хуже. Перед его глазами все поплыло, горло перехватило, голова закружилась, и он потерял сознание.

Через год Кадзуо получил посылку с фотоаппаратом. На нем сохранилось множество фотографий, и среди них – два фото с Исао, которые он, как и обещал, так и не удалил. Но брелка с именем на ремешке больше не было.

Кадзуо вновь задумался: что было бы, если бы в тот день он не сбежал из дома? Если бы поговорил с Исао? Что бы тот сделал в таком случае? А если бы Кадзуо вообще ни о чем не узнал?

Эти мысли мучили его, ведь Кадзуо понимал, что даже думать о подобном неправильно. Но он скучал по Исао больше, чем по отцу. Вернее, как бы ужасно это ни звучало, по Исихаре Тадао Кадзуо вообще практически не скучал. И от этого его грызло нескончаемое чувство вины.

На Исао же Кадзуо злился, обижался, в какие-то моменты даже ненавидел его. Но не переставал с болью вспоминать о нем… и скучать. При этом злость не уходила и тогда.

Кадзуо твердо решил, что найдет его. Он убеждал себя, что станет прокурором и будет делать все возможное, чтобы преступники представали перед судом. И одним из них однажды окажется Хаттори Исао.

Но Кадзуо лгал себе. Он хотел не посадить Исао в тюрьму. Он хотел снова его увидеть. Хотел его выслушать. И наконец узнать всю правду.

Проснувшись, я обнаружила, что осталась в больничной палате одна. Привстав на локтях, я огляделась и убедилась, что Кадзуо рядом нет, зато мои плечи накрывал его пиджак. Я взяла тот в руки, аккуратно сложила и ощутила поднявшееся в груди смятение. Судя по солнечным лучам, льющимся в комнату сквозь неплотно закрытые шторы, время приближалось к полудню.

Я вышла из палаты, чтобы найти остальных, и тогда вихрь смятения в моей душе сменился смущением – я ведь планировала вернуться в комнату к Йоко и Эмири, чтобы, кроме Эмири, никто не узнал о нашем с Кадзуо личном разговоре… но теперь и Йоко могла увидеть, что рано утром я ушла. И с легкостью догадается, куда именно.

Вернее, к кому.

Да еще и мучительное осознание, что уснула я рядом с Кадзуо… Буквально у него на плече… Это не укладывалось в голове, я не узнавала саму себя и, остановившись посреди коридора, едва не застонала.