Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 3, страница 55 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Интересно, что нас ждет, – азартно улыбнулся Ивасаки, разминая запястья, но при этом явно слегка нервничал.

Сёдзи напротив нас раздвинулись, и, переглянувшись, мы с Ивасаки прошли сквозь них, оказавшись в среднего размера квадратной комнате. Пол устилали татами, часть из которых – те, что располагались по периметру комнаты, – были выкрашены в другой, более темный цвет.

В центре стоял человек. Точнее, в первое мгновение я подумала, что это человек, и потому даже удивилась. Затем я решила, что это ёкай, и тогда мне стало уже не по себе. В азартных играх нельзя погибнуть… Только эта мысль и служила мне барьером от страха, но от напряжения не спасала.

Этот некто был одет в плотную темно-синюю кэндоги^[31], поверх которой крепились темные доспехи, и в такого же цвета хакама^[32]. На голове незнакомца сидел стилизованный мэн^[33], скрывая лицо, шею и плечи. У ног его я заметила бамбуковый синай^[34], имитирующий катану.

Неподалеку на татами лежали доспехи и еще один синай.

Меня охватила тревога: суть испытания была очевидна. Я перевела на Ивасаки взволнованный взгляд и с удивлением поняла, что выглядел он более чем довольным.

— Кэндо^[35], – весело сказал Ивасаки, хотя я и сама поняла это по синаю и характерному шлему. – Не переживай, я справлюсь. Я же детектив, причем лучший в отделе, не забыла? Нас всех обучают кэндо. Причем полицейский кэндо моментами жестче, чем обычный.

Я не могла не порадоваться звучащей в голосе Ивасаки уверенности. Но при этом все равно переживала и не хотела, чтобы непонятный соперник побил Ивасаки синаем. Но я верила в Ивасаки, а потому ободряюще ему улыбнулась и отошла в сторону.

— Правила сегодняшней игры просты, – раздался голос из ниоткуда. – Вам предстоит сойтись в поединке. Счет будет вестись до трех очков, но если кто-то из соперников первым наберет сразу два очка, то бой завершится победой этого участника. А теперь… приготовьтесь.

Ивасаки сосредоточенно кивнул и подошел к сложенной на татами экипировке. Сняв свою кожаную куртку, он бережно отложил ее в сторону, надел шлем, доспехи и котэ^[36], которые должны защищать кисти и предплечья. Подготовившись, Ивасаки подошел ближе к своему сопернику. Они поклонились друг другу и скрестили синаи.

— Начали! – раздалась команда.

Ивасаки и его соперник начали наносить удары, отходить назад, сталкиваться мечами. В какой-то момент оба делали небольшие шаги вперед-назад, словно выжидая удобного момента и готовясь напасть. Затем вновь следовали удары. В один момент Ивасаки упал, но быстро поднялся на ноги. Я услышала его недовольный выдох и занервничала, совершенно не понимая, что происходит и кто выигрывает.

На самом деле поединок длился не так уж и долго, но для меня происходил как в замедленной съемке – я слишком волновалась за Ивасаки.

— Закончили! – скомандовал голос.

Ивасаки и его соперник отступили друг от друга, а я сжала кулаки, нервничая в ожидании результатов поединка.

— Есть победитель! – снова раздался голос невидимого судьи.

Ивасаки и его соперник вернулись на исходную, убрали мечи в воображаемые ножны и снова друг другу поклонились.

Развернувшись ко мне, Ивасаки снял шлем, и я увидела на его лице широкую улыбку, а в следующее мгновение в комнате раздалась знакомая мелодия.