Книга Дедов завет, страница 76 – Алла Касперович

— Да? — Слезы как ветром сдуло. — Она что-нибудь еще говорила?

— Н-нет. Она тебе записку…

— Давай сюда быстрее!

Я выхватил клочок бумаги из рук друга и принялся читать и перечитывать эти несколько строчек:

«Дорогой Мар,

Надеюсь, что ты уже в порядке. Я очень за тебя испугалась. Отец везет нас в наш замок, так что до начала учебного года мы не увидимся. Очень скучаю. Люблю тебя.

Твоя Трисса»

— Ты читал? — Я с подозрением прищурился на Гэна.

— Н-нет. Ты что!

— Хорошо. — Я еще раз перечитал записку. — Они уже уехали?

— Н-нет, сегодня вечером уезжают.

— Отлично! Пар, да помолчи ты хоть немного! Слышать уже не могу про твои карманы!

Толстяк обиженно замолчал и надулся. Именно это мне сейчас и надо было — немного тишины. Я написал записку для Триссы и передал ее Гэну.

— Отдашь Триссе?

Гэн кивнул.

— Спасибо!

— Записки они всякие пишут! А я тут страдаю, понимаете ли! — Больше молчать Пар не мог. И на том спасибо.

Мы с Гэном попрощались, и он вытащил все еще ворчащего Пара с собой. А я снова завалился спать. И проснулся я только на следующее утро. Мои друзья зашли сказать, что они тоже уезжают, мы позавтракали вместе (к огромному неудовольствию Вессалии), и они ушли. А я провел еще один день в Столице, и мне тоже было собираться в Школу. Никогда бы не подумал, что буду этому так радоваться.

— Ты ничего не забыл, господин Марвус? — Вессалия обращалась ко мне, но смотрела на моего камердинера Намуса. Тот покачал головой. — Хорошо. Кэндрис уже ждет.

Я в последний раз оглядел свою комнату, и вдруг понял, что буду скучать. Когда я спустился вниз, увидел, что все слуги выстроились, чтобы попрощаться со мной. Похоже, я и по ним буду скучать. Они низко мне поклонились, и я кивнул в ответ.

К карете меня провожала только Вессалия. Шла она молча, да и мне разговаривать тоже не хотелось. И только когда я уже садился в карету, она вдруг прошептала мне на ухо:

— Пожалуйста, позаботься о моей девочке.

Я обернулся, но Вессалия уже шла назад в дом, а Кэндрис стоял рядом, чтобы закрыть за мной дверь.

— Хорошо, — произнес я одними губами. — Я постараюсь.

Еще бы! Ведь об этом меня просила не только Вессалия.

— Деда, я постараюсь.

Всю дорогу назад в Школу я пытался осмыслить то, что произошло со мной в Столице. Я настолько сильно задумался, что почти не замечал, как карета останавливалась возле небольших деревенек, где Кэндрис менял лошадей и добывал для меня свежую воду, хоть мы и брали довольно много с собой. За эти дни я почти ничего не ел и почти не спал. Наверное, поэтому, когда мы уже подъезжали к стенам Города, я заснул. К тому же, время уже было за полночь, так что это было неудивительно. Проснулся я только тогда, когда Кэндрис потряс меня за плечо.

— Приехали, господин Марвус.

— А? Что? Уже?

— Да, господин Марвус.

Я тряхнул головой, чтобы сбросить с себя остатки сна, такого странного, что даже я его не понял, а в следующее мгновение и вовсе забыл. Луна светила очень ярко, поэтому фонари были не нужны. И когда я вышел из кареты, я просто застыл от небывалого великолепия. И как я только раньше этого не замечал? Луна и звезды отражались в воде рва, что окружал Школу, и мелкая рябь делала их сказочно волшебными, далекими и незнакомыми. Кажется, что-то подобное было в моем сне. А может, мне просто показалось.