Книга Наследница Ветра, страница 103 – Алла Касперович

По моей просьбе Вэр словно из ниоткуда достал симпатичный детский костюмчик и башмачки к нему, и теперь мой фамильяр выглядел как единственный отпрыск довольно состоятельной семьи. Еще бы выражения лица сменил на более радостное.

— Кир, а может, я все-таки вас здесь подожду? — с исчезающей надеждой спросил котенок, простите, мальчуган.

— Не Кира, а мама. Мама… Повтори: мама, мама…

— Кир, а может, все-таки не надо…

— Кузьмяк!

— Ладно, — совсем поник он. — Твоя… эх… взяла. Кхм. Мама, может, мы уже начнем что-нибудь делать? Эта неизвестность пугает меня намного больше, чем то, что эти снобы эльфы могут сделать со мной в моем прекрасном кошачьем обличии. Моя тонкая душевная организация может не выдержать подобного издевательства надо…

Ой! А вот это я не учла!

— Кузьмяк, ты не мог бы так не выражаться? — попросила я, озираясь по сторонам в поисках чужих ушей, но таких вроде не было.

— Кир, то есть, мам, ты о чем? Что я такого сказал? Ничего дурного из моих уст не вылетало.

— Малыш, я не о том. Дети не говорят так, как ты.

— То есть? — Кузьмяк склонил голову на бок, и длинная черная челка тут же упала ему на глаза. — Тьфу ты! Мерзость какая! И как вы только с такой длинной шерстью живете?! Толку от нее все равно никакого: от холода не защищает, да и мыть постоянно нужно. Рэй, Вэр, Киру я еще могу понять — она ж все-таки женщина, их логику уразуметь сложно. А вы-то зачем себе такие длинные хвосты отрастили? Обрежьте их — мой вам совет. Уж я-то знаю, о чем говорю.

Он еще много чего мог бы нам поведать об умственных способностях человеческой расы, но Рэю надоело его слушать, и он спустил нашего «сыночка» на землю. Во всех смыслах.

— Тихо, — почти прорычал наемник, заставив вздрогнуть всех присутствующих. — Меня ты зовешь папой, Киру — мамой, а этого белобрысого алконоида — дядей Вэром, понял?

— Ага. Понял.

Здоровяк выгнул левую бровь.

— Да понял я, понял. Па-па.

Наемник удовлетворенно кивнул и жестом позвал меня к себе. Я подошла, и он сказал:

— Командуй.

Я кивнула в ответ и приступила к инструктажу:

— Кузьмяк, когда мы пересечем границу с Эмеральдом, я и Рэй будем играть роль твоих родителей, а Вэр будет притворяться моим старшим братом. Запомнил? Хорошо. Ты должен говорить простым языком, так что постарайся на время забыть те словечки, которые вычитал в моих книгах. И… Не перебивай! И если что, то лучше уж молчи. Кстати, имя твое останется прежним, хоть и звучит оно не очень по-человечески. Это нужно чтобы не путаться.

— Понял я, — буркнул фамильяр, а затем обратился ко мне по ментальной связи: — Кир, а чего это твой любовничек таким разговорчивым стал?

— Понятия не имею. Просто смирись.

Мальчик обреченно кивнул, а потом задал свой самый главный вопрос:

— А я смогу стать снова таким же, как был? Я смогу снова стать котиком? Скажи что смогу. Пожалуйста?

— А что, человеком совсем не нравится?

— Кир… то есть, мама!

— Да ладно тебе! Сможешь, милый, — улыбнулась я. — Я снова верну тебе твою внешность.

Или это сделает Вэр, если я уже буду на Той стороне. Но по понятным причинам вслух я этого не сказала.

— Вэр, ты готов? — спросила я у друга. Меня все больше и больше беспокоил его отсутствующий взгляд.

— Я? Конечно, милая! Я всегда готов.

Мы спустились вниз уже по протоптанной нами же тропинке и оказались у самой границы между Стальными горами и Эмеральдом. Хоть никакой стены не было и в помине, определить границу можно было и невооруженным взглядом. На стороне горцев трава выглядела пожухлой, листья деревьев — увядающими, и даже воздух был каким-то спертым. И совсем другая картина предстала перед нами, лишь только мы переступили невидимую черту.