Книга Наследница Ветра, страница 36 – Алла Касперович

Став перед деревом-защитником на колени, я низко склонила голову и прошептала:

— Прошу тебя, о дитя Матери, исцели мою боль. Забери мою печаль. Забери с собой мою боль. Забери мои страхи.

Я еще ни разу не пользовалась этим способом, но надеялась, что он мне поможет. Мне было слишком больно. Больно быть рядом с любимым человеком и не иметь возможности его обнять, поцеловать, коснуться. Мне было больно любить. Никому такого не пожелаю.

— Не печалься, дитя. Мать тебя услышала. Я помогу тебе.

Резко подняв голову, я увидела перед собой существо, отдаленно напоминающее человека. Неужели… Но их же не существует!

— Я существую.

Но я же ничего не говорила.

— Это и не требуется.

Существо, чья серебристая кожа переливалась под солнечными лучами, а золотые волосы развевались, хоть не было ни одного дуновения ветра, положило мне руку на голову и уставилось на меня своими пустыми глазницами. Его голос одновременно напоминал мелодичный звон колокольчика, журчание ручейка и ласковый шорох весенней листвы.

— Вы же…

— Мириада.

— Вы…

— И я не миф.

— Тогда…

— Шшш… Тише. Я знаю, что тебе нужно.

Мириада опустилась на землю возле меня и положила свою ладонь мне на грудь. По моему телу прошел озноб, и я почувствовала колючий холод, исходящий от руки существа. Постепенно моя боль, мои страхи уходили. И уходила моя любовь.

— Нет! — в отчаянии выкрикнула я. — Я не хочу!

Я пыталась вырваться, но силы покинули меня.

— Шшш… Так нужно.

В голосе Мириады мне послышалась печаль.

Сидя на земле возле дерева, я задавалась двумя вопросами: где я и почему мои глаза мокры от слез? Поток соленой влаги и не думал прекращаться, но я не понимала его причины. Почему, почему мне так горько? Что со мной произошло? Как я вообще здесь оказалась?

Но сидеть на сырой земле и отмораживать свое любимое мягкое место тоже смысла не было. У меня и без этого проблем хватало. И главная на данный момент: как найти дорогу обратно в лагерь. Вэр уже, наверное, весь извелся, не говоря уже о Кузьмяке. Звереныш небось совсем изголодался.

Почему-то у меня сильно кружилась голова, а во рту пересохло. Да что, к Арндрэйку, о мной происходит?!

— Не паникуй, Кира! — приказала я сама себе. — Вспомни, что тебе говорила в таких случаях Наставница!

А говорила она так: «Или ты сейчас прекратишь ныть, или я тебе всыплю!» И знаете, что? Действовало!

Ладно, учитывая мой топографический кретинизм, на собственные силы рассчитывать не стоило. Если я сама пойду искать дорогу, то наверняка заблужусь еще больше и выйду где-нибудь возле Гор забвения, а это совсем в другую сторону. Тогда что, моя хорошая, делать будем? Правильно. Орать!

— По-мо-ги-те!!! — вопила я что было силы. — По-мо-ги-те! Ау! А-а-а-а-а-аууууууууууууууууу!

Я закашлялась. Все-таки кричать с пересохшим горлом не так уж и просто. Если так дальше пойдет, то я совсем охрипну. Значит, нужно придумать что-нибудь другое. Может быть стоит позвать Кузьмяка по ментальной связи? Нет, он слишком далеко — не получится. А может, на дерево залезть? А вот это вариант!

Хорошенько оглядевшись, я выбрала самое высокое и уже начала свои жалкие попытки на него вскарабкаться (я не слишком преуспела по части древолазанья, хоть и когда-то это плучалось у меня хорошо — совсем навык растеряла), как почувствовала на свое талии чьи-то огромные лапищи. Кто-то очень наглый не менее нахально попытался стащить меня с дерева.