Книга Наследница Ветра, страница 57 – Алла Касперович

— Ну если так… — протянула моя собеседница, лукаво мне подмигнув. — Тогда можешь меня звать Паучиха. Так меня все тут зовут.

Услышав это, я растаяла — обожаю этих членистоногих созданий. Рэй вообще никак не отреагировал — он спокойно ел свое жаркое, на этот раз действительно спокойно, а не так, словно у него хотят отобрать пайку. Кузьмяк же поперхнулся — моя симпатия к паукообразным едва ли не единственное, что не передалось фамильяру во время обряда призыва спутника. Собственно, Вэра он тоже недолюбливал.

— Хорошо, госпожа Паучиха.

— Паучиха, — улыбнулась гномиха.

Я кивнула.

— Я поняла, госпожа Паучиха.

— Паучиха!

— Э… Просто Паучиха?

— Угу.

Кузьмяк хлопнул себя лапкой по лбу:

— Хозяйка моя любимая, ты у меня совсем недогадливая? Позор на мои усы, лапы и хвост!

— Поговори мне тут! — пригрозила я.

— А где мне поговорить? — невинно хлопая глазами спросил звереныш. — На улице? Так холодно же там! Хозяйка моя любимая, не выгоняй меня, пожалуйста, на улицу. Я там замерзну, околею на смерть, умру, откажусь переходить на Ту сторону, останусь на Этой и буду тебе являться во время сеансов, и всех клиентов распугивать. Тебе это надо, а?

Ну и что мне с ним делать? Я ведь даже рассердиться на него как следует не могу. Плохой из меня воспитатель, очень плохой.

Пока я разрывалась, рассмеяться мне или отругать нахала, этот гаденыш полностью опустошил мою миску и сказал, что:

— Так и было! — заныл котенок, глядя мне в правый глаз, причем с очень близкого расстояния — я подняла фамильяра за шкирку и поднесла к своему лицу. Затем снова опустила звереныша на его стул. — Это ты сама все слопала! Я только миску облизал!

— Ага, — хмыкнула Паучиха. — Вместе с картошкой и мясом.

Мне показалось или уголок рта Рэя дрогнул? Наверное, показалось. Это ж надо было уродиться с таким каменным лицом.

Урчание моего желудка напомнило мне, что я так и не поела. Я глянула на Кузьмяка, но тот сделал вид, что ничего вокруг себя не замечает и принялся деловито вылизываться. Ни грамма совести, и я очень надеялась, что это качество его личное, а не доставшееся от меня.

Не говоря ни слова, Рэй протянул мне свою тарелку и встал из-за стола, кивком поблагодарив Паучиху. Та в ответ только хмыкнула. Когда мужчина вышел из палатки, старушка повернулась ко мне и сказала:

— Хороший мужик тебе достался, — усмехнулась она, а затем, подмигнув, добавила: — особенно сзади.

Я хотела было возразить ей, но что-то меня остановило. Поэтому я лишь слабо улыбнулась и посмотрела вниз на тарелку Рэя. Она была наполовину пуста, однако в ней осталось все мясо. Сам же телохранитель, похоже, удовольствовался овощами. Мне стало немного неуютно. Я, конечно, понимаю, что он мой телохранитель со всеми вытекающими последствиями, однако я не думаю, что в его обязанности входит отдавать мне самые лакомые кусочки.

— Кир, если ты это есть не будешь, может, мне отдашь? — кошачья мордочка уже нависла над миской, и по глазам Кузьмяка я поняла, что тот уже насмотрел себе самый большой кусок мяса. Я легонько щелкнула котенка по носу, и недовольный звереныш вновь перебрался на свое место. — Могла бы и просто сказать, что не дашь. Драться-то зачем было? Где твои манеры, госпожа гадалка? Фи!

Однако я совсем не слушала фамильяра. Сквозь мое неожиданно замутненное сознание пыталось пробиться какое-то воспоминание. Казалось, что вот-вот я его увижу, но оно снова от меня ускользало. Что же я такое важное забыла?